• Чемпионат Беларуси по футболу
  • Биатлон
  • Хоккей
  • Футбол
  • Теннис
  • Баскетбол
  • Гандбол
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
  1. «Спросили, связана ли работа с политикой». Как белорусы сейчас проходят украинскую границу
  2. Спектакль по книге Алексиевич исчез из репертуара РТБД. Что известно?
  3. В Беларуси ограничили доступ к сайтам про политзаключенных и учебу в Польше
  4. «Друзья шутят, что я теперь «яжбать». Молодой папа в декрете — о разводе, дочери и трудностях
  5. Олексин рассказал, почему торговал сигаретами через арабскую компанию
  6. В Беларуси построят хранилище для отходов с БелАЭС. Выбор площадки все еще идет
  7. В Москве задержали адвоката Юрия Зенковича. Сейчас он в Минске в тюрьме КГБ
  8. Мошенники оформили на женщину онлайн-кредит на 10 000 рублей, пришлось его выплатить. Что говорят в банке
  9. Минчанку судят за оскорбление Ермошиной. Глава ЦИК в суд не явилась
  10. Приговоры, задержания и фотопроект о детях политзаключенных. Что происходит в Беларуси 14 апреля
  11. Лукашенко и Алиев встретились в Азербайджане: что обсуждали на переговорах
  12. «Ты как будто забываешь, кто ты. Невероятно тупеешь, чудовищно». Честно о том, что происходит в декрете
  13. «Нацбанк показал, что рычаги у него остаются». Что означает повышение ставки рефинансирования
  14. Три белоруски попали в популярный «Женский стендап» на ТНТ. Вот кто они
  15. Как наши спецслужбы могут задерживать белорусов в России? Спросили у эксперта
  16. «Дети писали: вы крутая!» Татьяна ушла из бизнеса в школу и перевезла семью из Минска в Ляховичи
  17. Нацбанк повышает ставку рефинансирования до 8,5%
  18. «Побелка деревьев весной — пережиток советского прошлого». Эксперт рассказал все о побелке сада
  19. Белоруска запустила уникальную платформу помощи бездомным животным. Ее проект оценили даже в ЕС
  20. Умер «песняр» Леонид Борткевич
  21. «С остринкой и иронией». Как белорусский бренд одежды стал конкурировать с известными марками
  22. «Гродно Азот»: мы давно не работаем с Helm. Скоро средняя зарплата вырастет до 2 тысяч рублей
  23. Бабарико говорит, что обвиняемые невиновны. А как считают они сами?
  24. Товар исчезнет с полок? А есть шанс, что вернется? Про запрет по NIVEA — в простых вопросах и ответах
  25. «Сказали снять». Убирают ли с полок в магазинах запрещенную NIVEA и что об этом думают покупатели
  26. Минлесхоз объяснил, почему доски в Беларуси подорожали в два раза
  27. «Это что вообще такое?» Владелец удивился страховой выплате за легкое повреждение Mercedes S500
  28. Дом под Осиповичами, в который въехала ракетная установка, отремонтировали. Военные и жильцы рассказали как
  29. «В Беларуси не ценил того, что имел». Физик отчислился из БГУ и изучает бозон Хиггса в Германии
  30. «Алкоголь — основная причина». Врач рассказывает, почему появляется панкреатит и как его лечить


РИА Новости
РИА Новости
Президент Международного олимпийского комитета Жак Рогге подвел итоги лондонской Олимпиады и рассказал, чего ждет от Олимпиады в Сочи в 2014 году. Он также назвал свои основные достижения на посту руководителя главной в мировом спорте организации, среди которых — успешная борьба с допингом.

— Вы, правда, не увидели никаких проблем с их организацией?

— А никаких особенных проблем и не было. По крайней мере таких, к которым подходило бы слово "кризис".
 
— Какие моменты стали для вас на этой Олимпиаде наиболее эмоциональными? Что, на ваш взгляд, может войти в историю олимпийского движения?

— Их было много, один какой-то не выделишь. Конечно, Усейн Болт. Конечно, Майкл Фелпс, превосходящий рекорд Ларисы Латыниной. 22 медали — это невероятно! Конечно, Давид Рудиша с его мировым рекордом на дистанции 800 м... Шесть или семь событий точно останутся в моей памяти.
 
— Программа этой Олимпиады казалась, скажем так, плотнее, чем предыдущей. Складывалось впечатление, что она стала раздутой...

— Насчет того, что она раздута, я не согласен, и обратное легко доказать. В Пекине было представлено 28 видов спорта, в Лондоне — 26. В пекинской Олимпиаде участвовали 10 тыс. спортсменов, в лондонской — те же 10 тыс.
 
— С посещаемостью в Пекине дела обстояли лучше, разве нет?

— Китай — самая большая по численности населения страна мира. И Лондону было трудно в этом смысле превзойти Пекин. Если брать размеры стадионов, количество зрителей, то с Олимпиадой 2008 года вообще конкурировать сложно. 
 
— Кажется, эта Олимпиада — чуть ли не первая, на которой тема допинга не вошла в число центральных. Означает ли это, что МОК удалось справиться с этой проблемой? 

— Вы никогда не решите проблему допинга полностью. Допинг — это такая форма преступности в спорте. А вы же понимаете, что от преступности общество не избавится. Оно не сможет существовать без судей, полиции, тюрем. Так же и спорт не сможет существовать без системы допинг-контроля. Обман заложен в человеческой природе. Ситуации, когда никто из людей не идет на него, когда все ангелы, возникнуть не может. Но я полагаю, что нам удалось добиться значительного прогресса в борьбе с допингом. А то обстоятельство, на которое вы обратили внимание — минимальное число скандалов,— доказывает, что нам удалось создать эффективно работающую антидопинговую систему.
 
— Этот механизм нуждается в дальнейшем совершенствовании?

—  "Совершенствование" — слишком жесткое определение. Более подходящим выглядит "адаптация". После каждой Олимпиады мы проводим анализ всего, что произошло на ней, включая работу антидопинговой службы. Если мы видим, что что-то можно подправить, мы делаем это.
 
— На Олимпиаде были скандалы, связанные с судейством: в борьбе и боксе, допустим. Результат одного из боев даже пересмотрели. Как вы к этому относитесь?

— В видах спорта, где результат определяют судьи, подобные случаи бывают. Лондонская Олимпиада — не исключение из правила. Что мы будем предпринимать? Опять же проанализируем происшедшее, разберемся в причинах, которые вызвали эти скандалы, и посмотрим, как их можно устранить. 
 
— Вернемся к олимпийской программе. С вашей точки зрения, она требует дальнейших изменений?

— Мы постоянно работаем над ее коррекцией. Какие-то изменения вводятся практически на каждых Играх. Сейчас мы ввели женский бокс, реформировали программу в велоспорте, чтобы женщины были больше в ней задействованы в трековых гонках. В Рио-де-Жанейро на Олимпиаде 2016 года впервые будут представлены гольф и регби-7. 
 
— А есть ли такие виды спорта, у которых, по вашим ощущениям, есть реальный шанс потерять место в программе?

— Это тоже предстоит проанализировать. В любом случае, как вы понимаете, один вид это место потерять должен, чтобы в программе появились новые. Этот непростой вопрос будет решаться на генеральной ассамблее МОК в сентябре следующего года. 
 
— А как вообще такие вопросы решаются? Какие главные критерии при выборе вида, который включается в программу, и вида, который из нее выпадает? 

—  Ну давайте начнем с того, что программа, чтобы быть привлекательной, должна быть сбалансированной. В ней должны быть, как я бы сформулировал, чисто атлетические виды — такие как легкая и тяжелая атлетика, плавание. Обязательно должно быть определенное количество командных видов: баскетбол, волейбол, футбол, гандбол, хоккей. Должен быть определенный набор видов, которые называют racket sports,— теннис, настольный теннис, бадминтон. Должны быть виды на воде — академическая гребля, каноэ, парусный спорт. Все должны значиться в программе. Но нельзя, чтобы было так, чтобы, к примеру, командные виды доминировали. Или атлетические. Это и есть баланс.
 
— То есть то, насколько вид популярен, вас все-таки интересует во вторую очередь?

— Нет, он должен быть востребован публикой. И должен соответствовать такому критерию, как универсальность. Универсальность — это когда вид практикуется по всему миру. Так что виды, которые настолько дороги, что ими может заниматься лишь узкий круг людей, в него не вписываются. 
 
— В следующем году срок ваших президентских полномочий истекает. Как бы вы описали ваши основные достижения на посту главы МОК?

—  О себе говорить тяжело... Ну ладно. Самое важное достижение, думаю, заключается в том, что все шесть Олимпийских игр, за которые я нес ответственность начиная с Солт-Лейк-Сити в 2002 году, прошли успешно. Что участникам они понравились — а мы, МОК, ведь организуем Игры прежде всего для спортсменов. Еще одно достижение — это рождение юношеских Олимпийских игр. Я уверен, что у них великолепные перспективы. Третье достижение — это то, что мы энергично боролись за традиционные олимпийские ценности: против допинга, против договорных матчей, незаконных ставок. Мы сумели добиться стабильного финансового положения МОК — его доходы сейчас очень высоки. В то же время на виды спорта мы распределяем 90-92% от них. Это большая цифра. И, наконец, реформирование программы — тоже успех. Хотя бы потому, что за последние десять лет гораздо больше женщин стали участвовать в Олимпийских играх. 
 
— Намного — это на сколько?
 
— Доля женщин среди участников московской Олимпиады 1980 года составляла 18%; в Сиднее в 2000-м — меньше 40%; в Лондоне — уже 44%.
 
— Вы упомянули финансовую ситуацию. Она действительно не вызывает никаких опасений, даже в нынешние — не лучшие для экономики времена? 

— С МОК все будет в порядке. Контракт с телевидением у нас действует до 2020 года, а это очень серьезные деньги. Спонсорские контракты у МОК также рассчитаны на такой срок. Так что за следующие десять, ну по крайней мере, восемь лет беспокоиться не следует: средства на спорт будут. Я не сомневаюсь.
 
— Недавно МОК перезаключил контракт, касающийся распределения средств от телевизионных и спонсорских доходов, с Национальным олимпийским комитетом США, который долго получал колоссальную долю от них — около пятой части. С 2020 года, согласно новому договору, будет получать вдвое меньше. Как вам удалось продавить такие условия?

— Просто, наверное, мы сумели внятно объяснить им свое видение ситуации, убедить, что то, что хорошо для нас, хорошо и для них. Понимаете, переговоры — это такая штука, на которых нужно добиться того, чтобы выигравшими почувствовали себя обе стороны. Американцы предлагали нам свою схему — мы предложили им свою. В итоге нашли компромисс. Все были счастливы. 
 
— В Лондоне очень хорошо ощущалось, насколько это удовольствие — проведение Олимпиады — стало дорогим. Что, у маленьких небогатых стран уже нет шансов получить ее? 

— Почему? Разве Норвегия не организовала прекрасные зимние Игры в Лиллехаммере в 1994 году? Население Лиллехаммера — два десятка тысяч жителей, Норвегии — около 4 млн. С Россией точно не сравнить. Греция с населением 11 млн отлично организовала Олимпиаду в 2004 году. 
 
— Абсолютно все государства, выходит, имеют шанс стать хозяином? 

— Нет. Все-таки странам с населением 1 млн или 2 млн Олимпиаду, скорее всего, не провести. 
 
— А каким должно быть население? 

— Для зимних Игр — 4-5 млн человек. Для летних — по меньшей мере 10 млн.
 
— Вы скоро покидаете президентский пост. Означает ли это, что вас больше не волнует все, что творится вокруг сочинской Олимпиады? 

— Я буду продолжать работать для Сочи изо всех сил до сентября следующего года — до того момента, как освобожу пост. То же самое с Рио. Это не вопрос персональных симпатий — это вопрос служебных обязанностей.
 
— Кризисных проблем с организацией лондонской Олимпиады вы не припомнили. А с организацией сочинской они есть? Или, может быть, могут возникнуть? 

— Я доволен тем, как идет подготовка к Олимпиаде в Сочи. Мы вступаем — или уже, вернее, вступили — в решающую ее стадию. Я имею в виду тестовые соревнования, на которых атлеты соревнуются на олимпийских сооружениях, испытывают в каком-то смысле их. Здесь все пока идет нормально. Но необходимо, конечно, продолжать работу над улучшением и спортивной, и сопутствующей ей инфраструктуры, условий для проживания.
 
— Чего вы ждете от своего преемника на посту президента МОК?

— Того же, чего ждали от меня. Чтобы мотивировал людей в олимпийском движении. Чтобы поддерживал единство между спортивными федерациями... Вообще работа президентом МОК — это умение вести дискуссии. А вести дискуссии приходится постоянно — с телевидением, со спонсорами, с политиками, потому что есть вещи, которые лишь они в состоянии решить. Что бы мы ни говорили про отношения между спортом и политикой, они присутствуют и на национальном, и на международном уровне... Еще он должен бороться с допингом, коррупцией. И, конечно, находиться в контакте с атлетами. Иначе ничего не выйдет.
-53%
-25%
-20%
-40%
-10%
-30%
-10%
-40%
-5%
-20%
0072745