98 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  2. «Стояла такая тишина, что можно было услышать жужжанье мухи». Как Хрущев развенчал культ Сталина
  3. Минское «Динамо» обыграло в гостях рижских одноклубников
  4. Верховный комиссар ООН: В Беларуси беспрецедентный по масштабу кризис в области прав человека
  5. Экономист: Есть ощущение, что сменись Лукашенко даже на силовика, часть людей вернется в Беларусь
  6. Выброшенные на лед в Шклове освежеванные трупы животных оказались лисьими. Их проверяют на бешенство
  7. Глава бюро ВОЗ в Беларуси: «Возможно, в 2022 году мы сможем сказать, что с пандемией покончено»
  8. «Они только успели поставить машину на платформу». Минчанин отказался платить за эвакуацию, и вот чем это закончилось
  9. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  10. Верховный суд отменил летнее решение о сутках. Районный суд рассмотрел дело заново и опять назначил арест
  11. Лукашенко поручил госсекретарю Совбеза разработать план противостояния «змагарам и беглым»
  12. Бывший офицер: «В августе понимал, что рано или поздно дело коснется меня, и я не смогу на это пойти»
  13. Поставщики сообщили о сложностях у еще одной торговой сети
  14. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  15. Что сулит Беларуси арест украинской «трубы», которую в 2019 году купил Воробей?
  16. Беларусь оказалась между Тунисом и Кувейтом по готовности к развитию передовых технологий
  17. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  18. Гинеколог и уролог называют типичные ошибки пациентов на приеме. Проверьте, не совершаете ли вы их
  19. Погибшего Шутова признали виновным, Кордюкову дали 10 лет. По делу о выстреле в Бресте огласили приговор
  20. «Самая большая покупка — 120 рублей». История Маргариты, которая работает продавцом в деревне
  21. Суровый приговор, кризис прав человека, ответ разочарованным и когда белорусы забудут про ковид — все за вчера
  22. Как сложилась судьба участников групп, известных в 1990-е и 2000-е? Оказалось, очень по-разному
  23. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  24. Биатлонистка Блашко рассказала, как ей живется в Украине и что думает о ситуации в Беларуси
  25. «Дешевле, чем в секонде». В модном месте Минска переоткрылся благотворительный магазин KaliLaska
  26. Журналистика не преступление. Как Катерина Борисевич готовила статью о «ноль промилле», за которую ее судят
  27. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  28. Политолог: Россия устала играть в кошки-мышки с Лукашенко, но не видит альтернативы
  29. Приватизировали, отобрали, продали бизнесмену, национализировали. Вот чем известно предприятие, на котором ждут Лукашенко
  30. «Политических на зоне уважают». Поговорили с освободившимся после 6,5-летнего срока политзаключенным


Арбитры спортивного международного арбитража в Лозанне: на всю Россию таких людей – один человек, а в Украине нет вообще. Приятно осознавать, что с 2011 года в список арбитров швейцарского Tribunal arbitral du sport (TAS) был включен и белорус – Александр Данилевич, который стал, пожалуй, одним из самых молодых спортивных арбитров в мире с реальной практикой.

Досье

Александр Данилевич, 38 лет.
Адвокат Минской городской коллегии адвокатов, доцент кафедры международного частного и европейского права БГУ, кандидат юридических наук, арбитр Международного арбитражного суда при БелТПП.
В свое время вел рубрику в "Прессболе", посвященную спортивному праву.
Член Президиума Спортивного третейского суда при Союзе юристов Республики Беларусь, а также Апелляционной антидопинговой комиссии при Министерстве спорта и туризма Республики Беларусь. Председатель Белорусской федерации регби.
Свободно владеет английским, французским и итальянским языками.
 
- Александр, расскажите, пожалуйста, откуда вообще возник интерес к спортивному праву и как вы стали арбитром в Лозанне?

- Спортивное право – довольно узкая сфера в юриспруденции, интересная прежде всего спортивным федерациям и спортсменам. Работал юрисконсультом в федерации тенниса, заинтересовался этой тематикой и уехал на исследовательскую работу в Центре спортивного права в Нидерландах, писал статьи, познакомился с интересными людьми в данной области, вернувшись, начал читать курс международного спортивного права в БГУ. Курс и публикации вызывали больше удивления, чем интерес, однако постепенно, во многом благодаря профессору В.С. Каменкову, ситуация начала меняться.
 
Я уже более 10 лет являюсь правовым консультантом Белорусской теннисной федерации – именно она и рекомендовала для включения меня в список спортивных арбитров в Лозанне. Сама процедура несекретная, и любой, у кого хватает квалификации и желания, может это сделать. При этом "соискателю" в обязательном порядке необходимо владеть английским или французским языками. В общем, я подал в TAS соответствующую заявку, представил необходимые документы, резюме, информацию о достижениях – и весной 2011 года был включен в список. А уже осенью получил свое первое дело. Это было очень приятно, поскольку некоторые арбитры, находящиеся в списке, до сих пор так ни разу и не участвовали в рассмотрении дел.
 
- Какова механика привлечения арбитра к делу?

- Его избирает сторона либо назначает соответствующий руководитель отделения суда (апелляционной либо общей процедуры ). К слову, часто меня назначают на дела, связанные с Украиной, поскольку зачастую я единственный арбитр, который понимает все документы в деле и может оценить перевод.
 
Согласно правилам Кодекса спортивного арбитражного суда в Лозанне, я как арбитр не имею права представлять интересы клиентов в этом суде. Да, я могу дать заключение или оценку спора, но поехать туда и лично представлять интересы какого-либо спортсмена или клуба – нет.
 
Рассматривать дело может лишь арбитр из списка, опубликованном на сайте. Плюс тебя могут время от времени назначать в списки на определенные чемпионаты или Олимпиаду. На последнюю направляются самые опытные арбитры, которые получают пропуск на все спортивные объекты и матчи. При этом они подписывают обязательство постоянно находиться на месте проведения соревнований, поскольку в случае возникновения спора, он должен быть рассмотрен в течение 24 часов. У меня был опыт включения в список арбитров на чемпионате Европы по футболу в Польше и Украине, где я также подписывал обязательство быть готовым в ходе чемпионата оперативно выехать в случае необходимости в Донецк, Киев или Варшаву.
 
- Сколько дел у вас уже в профессиональном багаже и как долго может тянуться рассмотрение каждого?

- На сегодня я участвовал в девяти делах, но не все они заканчивались вынесением решения. Некоторые прекращались на середине процесса – когда, например, стороны решали разойтись мирно либо в случае неуплаты судебных расходов.
 
Рассмотрение каждого дела занимает примерно полгода, при этом больше всего времени уходит на написание решения по сложным делам – его пишет председатель суда, как правило, очень опытный арбитр с большим стажем работы.
Также заминка может быть в связи с экспертизой или когда стороны не могут договориться о времени судебного разбирательства из-за несовпадения рабочих графиков.
 
- Вы упомянули, что некоторые дела прекращаются из-за неуплаты судебных расходов. Что – судиться в спорте действительно так дорого?

- Вы поймите: в виду коммерциализации спорта за последние 20 лет, практически в каждом деле на кону всегда стоят очень большие деньги, ведь речь идет о спорах с участием спортсменов международного уровня и международных федераций. Так, только административный сбор за регистрацию заявления в арбитражном суде в Лозанне составляет 1000 швейцарских франков (чуть больше 10 миллионов белорусских рублей. – Прим. автора ), плюс потом каждая сторона вносит свой размер арбитражных расходов, включая гонорары арбитров и расходы суда. В итоге сумма получается порядка 20 000 швейцарских франков с каждой стороны (приблизительно по 200 миллионов белорусских рублей. - Прим. автора ). Конечно, для крупных клубов это не деньги, а вот для рефери из второй лиги – сума существенная.
 
- А я могу спросить о размере гонорара спортивного арбитра или это тайна?

- Можете: гонорары арбитров не являются секретом и прописаны в Кодексе спортивного арбитража. Как правило, это сумма от 240 швейцарским франков и выше за час работы. (Приблизительно 2.400.000 белорусских рублей. – Прим. авт.)

- Судя по всему, вам часто приходится бывать в Лозанне. Чисто обывательский интерес: как все происходит?

- Ко дню заседания арбитру оплачивается перелет бизнес-классом, а в аэропорту в Женеве его ожидает трансфер до Лозанны - машина представительского уровня. Его везут в пятизвездный отель, где он отдыхает, чтобы утром появиться в суде, принять участие в заседании и в этот же день отправиться обратно домой. Все расходы в конечном итоге покрываются судом. Все организовано на высшем уровне.
 
Пока дело готовится к слушаниям, суд и арбитры из разных стран общаются между собой посредством факса и электронной переписки.
 
- Тогда, пожалуй, перейдем к главному вопросу: о чем чаще всего спорят в спорте на международном уровне?

- Есть два вида дел. Первые – коммерческие – это споры, возникающие из невыполнения договоров (спонсорство, продажа прав на телевещание спортивных мероприятий, их проведения, переходов игроков и их отношений с тренерами и агентами, неуплата трансфера, выплата компенсации за досрочное расторжение трудового контракта и др.). Вторые – дисциплинарные, и касаются они допинга, а также применения насилия во время соревнований, неправильного судейства или жестокого обращения, например, со спортивными лошадьми.
 
Вообще в спортивном арбитраже рассматриваются споры, связанные со спортом, но не спорные моменты самих соревнований, т.е. не оспариваются действия судьи на поле (поскольку это компетенция комиссий и комитетов в рамках спортивной федерации). Но вот если, например, игрока не допускают к соревнованиям или даже к отбору на участие в последних, и он находит это несправедливым, после обжалования в национальной федерации, он может подать иск в Лозанну.
 
В моей практике было дело, когда украинский рефери спорил с футбольной национальной федерацией на предмет того, что он был отстранен от работы в высшей лиге, с чем он был категорически не согласен.
 
Или вот, допустим, возникает спор у игрока с клубом: тот считает, что получил травму из-за того, что его поставили в плохие условия, принудив играть на искусственном поле. Клуб же утверждает, что травма у спортсмена старая, и тренироваться он должен наравне со всеми. И урезают ему зарплату за то, что он сидит на скамейке запасных, хотя контрактом это не предусмотрено. Сначала игрок обращается с жалобой в дисциплинарный комитет, однако если тот не выносит решения, удовлетворяющего игрока, последний имеет право подать иск в Лозанну. Решения последнего также могут быть обжалованы (посредством обращения в Швейцарский федеральный суд в той же Лозанне).
 
- В Беларуси есть аналоги спортивного арбитражного суда?

- В прошлом году был создан Спортивный третейский суд при Союзе юристов Республики Беларусь – для разрешения споров на национальном уровне. Ни одного спора, насколько мне известно, Суд еще не рассмотрел, но это нормальная ситуация: российские суды-аналоги, прежде чем получить первое свое дело, также простаивали несколько лет. А вообще если в белорусском спорте не будет конфликтных ситуаций – это же слава Богу, вряд ли кто-то из нас ставит цель обогатиться за счет национальных спортивных субъектов . (Улыбается.)

- Александр, а вы с детства знали, что будете связаны со спортом?

- Совсем нет, и спортсменом я никогда не был, хотя в школе немного занимался волейболом и таэквондо. В начале 2000-х годов интересовался хоккеем. А три года назад я начал играть в регби и в 2012 г. даже стал обладателем Кубка Беларуси по пляжному регби ! Это было относительно несложно сделать, поскольку команд мало, но тем не менее! (Смеется.) Правда, получив травму, уже год не тренируюсь и не играю и занимаюсь только, насколько позволяет время, административной работой в федерации регби.
 
- Получается ли при такой загруженности находить время на отдых?

- По-настоящему отдыхаю только в дни редкого отпуска, когда я стараюсь минимизировать каналы связи и не проверять почту.
 
- А профессиональная деформация в обычной жизни ощущается?

- Ну вот смотрите: вы, когда стоите на остановке и ждете автобуса, о чем в основном думаете? Ваш это номер идет или нет. А я – о том, что когда двери в автобусе откроются, произойдет факт публичной оферты. И если я войду в автобус, то заключу договор о перевозке с "Минсктрансом". Соответственно, мой проездной документ в данном случае – это гарантия выполнения страховых обязательств передо мной "Минсктранса" в случае происшествия на дороге... (Смеется.)

По жизни я не конфликтный человек, мне хватает споров на работе. Так что я не "качаю" права в случае плохого сервиса – я просто не покупаю плохие вещи и не хожу в плохие места. Однако я и не сторонник медиации – попыток урегулировать правовой спор мирным путем: я арбитр, и хочу четкого разрешения конфликта в пользу правой стороны.
 
- Стрессов много?

- Да. Но адвокат и не должен пить корвалол после проигранного дела. Разные дела бывают, это нормально. Просто нужно стараться выложиться на максимум своих возможностей – если речь идет о работе адвоката, и установить истину – когда ты рассматриваешь дело как арбитр. И пока что – тьфу, тьфу, тьфу – у меня это получается.
 
-15%
-58%
-35%
-20%
-20%
-17%
-15%
-10%
-37%
-20%