175 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Авиакомпании отменяют рейсы в Тель-Авив из-за боевых действий. «Белавиа» планирует завтра лететь
  2. Армия Израиля сообщила о начале воздушной и наземной атаки в секторе Газа
  3. «В соседнем городе ракета попала в жилой дом». Белоруски о жизни в Израиле во время бомбежки
  4. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  5. В Беларуси становится все больше алкомаркетов
  6. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  7. «Многое будет зависеть от элиты белорусского общества». Лукашенко встретился с членами Конституционной комиссии
  8. «Дочка успокаивает: папа вернется». Минчанину, которого задержали на репетиции барабанщиков, дали 6 лет колонии
  9. Между израильтянами и палестинцами опять война? Разбираем очередное обострение на Ближнем Востоке
  10. «Патэлефанавалi з пытаннем, цi ўпэўненая я ў бяспецы маiх дзяцей». Зоркі — пра паўгода ў эміграцыі
  11. Окончательное обвинение, гибель уроженки Беларуси, минус 200 тысяч долларов и крутые террасы — все за вчера
  12. Что, если перед прививкой от COVID выпить жаропонижающее «для профилактики»? Ответы на вопросы о вакцинации
  13. Налоговая в суде выясняет с Тихановским, должен ли он заплатить налог с тех самых найденных за диваном 900 тысяч долларов
  14. 14 мая будут судить студентов, которые уже полгода находятся в СИЗО. Рассказываем про обвиняемых
  15. Трехкратный восходитель на Эверест — о рисках, очередях к вершине и коронавирусе на такой высоте
  16. Какие симптомы указывают на пограничное расстройство личности. Объясняет психотерапевт
  17. Проездные в Минске теперь можно записывать на карту самому. Посмотрели, как это работает
  18. Срок действия справок и других документов продлили еще на полгода
  19. Белорусские хоккеисты проиграли Казахстану, не забросив ни одной шайбы
  20. «Таких цен никогда не было». Древесина ставит рекорды по стоимости во всем мире. А что у нас?
  21. Ozon зарегистрировал в Беларуси юрлицо. Что обещает белорусам российский маркетплейс
  22. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  23. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов
  24. В Израиле в результате ракетной атаки погибла уроженка Беларуси
  25. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  26. На МТЗ реконструкция, в основном — за кредитные займы
  27. «С большой вероятностью после Лукашенко не будет преемственности». Эксперты о знаковом декрете
  28. Мозырский НПЗ уходит в июне на ремонт. А что будет делать «Нафтан»?
  29. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  30. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение


Дмитрий Комашко,

Александр Рудских сегодня немногим менее популярен тех белорусских атлетов, которым посчастливилось вернуться из Лондона с медалями. Они свою порцию внимания и теплых слов получили. Настало время говорить об остальных 163 спортсменах, которые так и не смогли подняться на олимпийский пьедестал. И тут равных Александру Григорьевичу просто нет. Годы управления легкой атлетикой и руководство созданным при Министерстве спорта экспертным советом секретов в отечественном спорте для него не оставили. То, что сегодня кто–то считает стечением обстоятельств, неожиданностью или происками третьих сил, у Рудских давно расписано, разложено и подшито в папки. Он, кажется, вообще ничему не удивляется. Даже тому, что из Лондона команда, от которой ждали как минимум повторения пекинского триумфа, вернулась лишь с двенадцатью медалями в кармане. Хотя и замечает, что это — не наш уровень. Соглашаются с Рудских и эксперты из британского аналитического агентства, которое накануне Игр рассчитало "медальные" прогнозы для всех стран. Приняв в расчет уровень жизни, географию, исторические традиции и кучу других факторов, англичане пообещали Беларуси 16 наград. 

На эту цифру, по словам Александра Рудских, вполне можно ориентироваться, если сделать правильные выводы из того, что произошло в Лондоне.— Рассчитать и спрогнозировать сегодня можно почти все. Например, во время подготовки к Олимпиаде 2008 года, когда я возглавлял экспертный совет при Министерстве спорта, мы еще до начала Игр высчитали, что у нас будет 18 — 20 медалей. Это не голые цифры: всех медалистов мы назвали пофамильно. Упустили только борца Михаила Семенова. И лондонские результаты поэтому тоже не стали неожиданностью. Другое дело, что виновато в них не государство. Поверьте, условия подготовки в Беларуси позволяют готовить спортсменов высокого уровня, и деньги в спорт вкладываются большие. 
 
Подкачала методическая часть... У нас нет эффективного контроля за уровнем подготовки спортсменов, и никто не может толком сказать, строим мы чемпиона или разваливаем его.
 
— Но есть же планы, утверждаемые на основании тренировочных программ, есть обязательства, результаты соревнований...
 
— Все это разрабатывается и утверждается или неквалифицированно, или попросту формально. И основные претензии здесь должны быть адресованы главным тренерам. Каждый из них сегодня, например, стремится иметь как можно больше личных учеников. Велоспорт, тяжелая атлетика, борьба... Я понимаю, что в этом у них есть самая что ни на есть прямая личная заинтересованность, но это мешает эффективному построению команды.
 
Но ведь это все стало известно не сегодня и не вчера...
 
— Одно время экспертный совет пытался внедрить новую систему подготовки и контроля. Все изменилось после Олимпиады 2008 года: пришли новые люди, и все прежние начинания пошли прахом. А ведь примеры эффективности наших методик есть! Гребля на байдарках и каноэ. В свое время гребцы вышли из–под контроля НИИ спорта, начали сотрудничать с гомельской лабораторией. Тогда я как руководитель экспертного совета разрешил Владимиру Шантаровичу такой шаг при условии представления полного отчета о подготовке. И могу авторитетно заявить: те методики, которые сегодня используют в гребле, отвечают всем последним требованиям. Если, скажем, тренеры работают над повышением силы, то постоянно определяют, как изменяются ее показатели. Знают обо всех изменениях в состоянии своих спортсменов. А НИИ предлагает стандартную методику подготовки, причем одну для нескольких видов спорта. В результате подавляющее большинство тренеров работает по интуиции. В то же время результаты тех единиц, которые пытаются узнать и привнести что–то новое, оказываются на порядок выше. Ирина Лепарская, Елена Климова, тот же Шантарович... Откровенно говоря, уровень подготовки Шантаровича таков, что с подавляющим большинством коллег из других видов спорта они просто не поймут друг друга. А в результате мы получаем позор вроде того, который случился в Лондоне с борцами. Борьбы–то сегодня, по сути, в мире уже и нет. Греко–римляне в стойке почти ни одного приема не проводят — потолкались, жребий вытянули и все решают в партере. Там лишь один прием — "накат", для которого нужны огромная сила и специальная выносливость, которых у наших ребят попросту не хватает. Отсюда и пять проигранных "бронзовых" схваток... Я узнавал: борцы на тестах показывают силу кисти на уровне 50 — 60 килограммов. Александр Медведь, напомню, рукой ломал динамометры.
 
— Но ведь этих специалистов как–то выбирают, назначают на должность главных тренеров, есть аттестационная комиссия, которая решает, кто может руководить командой.
 
— Я несколько лет был членом этой комиссии, и могу много примеров привести. Приходит, допустим, тренер со спортсменом, добившимся определенных результатов, а ему с ходу: "Гришин, вы аттестованы на 4 года!" Ни вопросов, ни ответов.
 
— Но ведь результат действительно есть...
 
— Есть. Сегодня. Такие аттестации даже для олимпийских чемпионов должны происходить иначе. Нужно составлять график стартов и результатов, ниже которых непозволительно опуститься на чемпионатах мира и Европы, отслеживать, что происходит со спортсменом в этот период. В свое время для Эллины Зверевой, например, мы ставили задачу: не менее 65 метров. Поэтому она и метала столько лет. А сегодня получаются ситуации, когда, получив на 4 года президентскую стипендию в 40 миллионов рублей, спортсмен начинает не работать еще усерднее, а "кайфовать по жизни". Ни выступлений, ни контроля: лишь обязательство завоевать такую–то медаль на следующих Играх... Примеров полно, и большинство из них все знают. Одновременно практически во всех командах развернулась борьба не за результат, а за президентские стипендии, и эти междоусобицы в федерациях попросту отвлекают тренеров от основной работы. Один из примеров — современное пятиборье. Сколько там было разговоров, статей, писем! Добились: одних сняли, других поставили. И что изменилось? Как не было пятиборья, так и нет. А причина всего этого кроется в том, что национальные команды наводнены личными тренерами спортсменов. После Пекина, например, в штат легкоатлетической сборной были зачислены наставники всех медалистов плюс тех спортсменов, которые заняли 4 — 5–е места. В результате они тренируют только одного своего воспитанника и 4 года больше ни о чем не думают. Хотя эти места должны занимать те специалисты, которые беспристрастно контролировали бы подготовку спортсменов от юношеского уровня до взрослого и формировали команду на основании своих выводов. Но тут есть подводный камень: по действующему законодательству личным тренерам невозможно начислить полагающиеся деньги, оставив их работать в той же школе, где они тренировали до этого.
 
— Сегодня все ждут, что по итогам выступления белорусских спортсменов на Олимпиаде последуют "оргвыводы". Как считаете, они способны изменить ситуацию?
 
— При условии, что это будет не просто снятие с должностей одних людей и замена их другими. Выводы нужно делать на основании анализа проблем, с которыми мы столкнулись. Но сиюминутного результата не стоит ждать в любом случае: нужно время, чтобы подготовить резерв. Ведь в Лондоне медали, за исключением двух девушек–штангисток и женской байдарки, завоевывали практически те же самые люди, что и в Афинах, и в Пекине...
 
— И по этой же причине очень многие специалисты сегодня склоняются к мысли о том, что Лондон — это лишь первый звоночек: настоящие проблемы белорусский спорт ждут через четыре года в Рио–де–Жанейро...
 
— Вполне возможно. Сегодня наша молодежь по всем олимпийским видам спорта завоевывает порядка 11 медалей в год. Откуда взяться резерву? Карстен 20 лет давала результат: кого подготовили за это время? В академической гребле, в легкой атлетике только "выжимали" спортсменов, которых нашли и вырастили 10 — 15 лет назад. Да, "натаскивать" молодежь тоже нельзя, но ее нужно правильно готовить. А существующая система подготовки резерва направлена лишь на то, что из юных атлетов начинают на самых начальных этапах выжимать результат, чтобы обеспечить тренерскую зарплату. Каждый наставник думает лишь о сиюминутном эффекте: работать на будущее ему невыгодно. Чтобы получить более–менее нормальную зарплату, детскому тренеру нужно набирать группы по 50 — 60 человек. В результате на внутренних стартах мы имеем огромное число приписок и манипуляций с результатами и нормативами, а спортсменов просто "загоняют". Я, например, хорошо помню, как обновлялась команда по плаванию. Взяли 9 лучших молодых спортсменов и включили в национальную команду с начислением соответствующей зарплаты им и тренерам. Когда же экспертный совет все же добился разрешения проверить их возможности "по науке", мы за голову схватились. При увеличении нагрузки сердце любого человека с каждым ударом начинает выбрасывать большее количество крови. У пяти же из девяти пловцов этот показатель, наоборот, уменьшался, а объем достигался повышением пульса до заоблачных величин. Их нужно было не тренировать, а лечить, но некоторые из этих ребят плавают до сих пор, занимая 30–е и 40–е места.
 
— Как с этим бороться?
 
— Изменить ситуацию можно лишь пересмотром системы оплаты и формирования групп, и на последнем олимпийском собрании президент поручил в течение трех месяцев предоставить концепцию подготовки резерва по примеру китайской. Кто видел эту концепцию? Я 10 лет работал с юниорским спортом, предоставил уйму выкладок, расчетов и предложений, и мне было интересно знать, во что это все в итоге вылилось. Но ответа я так и не получил, а ведь это — основа всего! Если ничего не менять, то и дальше 50 легкоатлетов будут привозить с Олимпиады 7 очков.
 
— Не самый высокий кпд...
 
— Не самый. Но что характерно, тренеры просто обязаны включать в команду даже тех, кто выполнил норматив "В" и по определению не может претендовать на высокие места. От количества спортсменов в команде зависит общая численность делегации, а потому Министерство спорта для легкой атлетики, например, определило норматив: минимум 50 человек в команде — берите, где хотите. Вот и поехали копьеметательницы, дискоболки, марафонцы... В эстафетах в Лондон полетели по 6 человек, из которых (с учетом выступления Алины Талай) пятеро вообще не вышли на дорожки.
 
— Сколько времени нужно для того, чтобы ситуация наладилась?
 
— По–новому начать работать можно уже со следующей же аттестации национальных команд. А вот эффекта придется ждать года четыре минимум. Это не означает, что Олимпиаду в Рио мы уже проиграли: нынешние резервы, если их подготовить должным образом, могут принести те же 15 — 17 медалей. Но точку невозврата белорусский спорт уже прошел.
-10%
-20%
-5%
-10%
-10%
-20%