Главный тренер женской сборной Беларуси Анатолий Буяльский подписал контракт с польским клубом "Энергия" из Торуня, сообщает "СБ - Беларусь Сегодня".

Анатолий Буяльский. Фото: TUT.BY
Анатолий Буяльский. Фото: TUT.BY

55-летний специалист приступит к работе с новой командой в августе.

В минувшем сезоне Буяльский руководил минским "Горизонтом", с которым завоевал серебро чемпионата Беларуси. На чемпионате Европы в Венгрии и Румынии женская сборная Беларуси под руководством Анатолия Буяльского заняла четвертое место и завоевала путевку на олимпийскую квалификацию-2016.

По словам специалиста, руководство "Энергии" не против совмещения им постов в клубе и сборной Беларуси.

Перед отъездом в отпуск Анатолий Буяльский объяснил, что заставило его на волне успеха национальной команды кардинально менять свою спортивную прописку.

— Для многих ваш отъезд в Польшу стал неожиданностью. Откуда появился такой вариант?

— В 2008 году я сознательно отказался от работы за границей. Сборная готовилась к Олимпиаде, я решил стажироваться в США. Плюс возрождение "Горизонта". Я хотел попытаться создать здесь такие условия, в которых белорусский баскетбол мог бы успешно развиваться. Но у нас слишком много подводных камней. По сути, свои обязательства в полной мере выполнил и выполняет один лишь Беларусбанк. Все остальные организации только обещают. В результате Дмитрий Львович (директор баскетбольного клуба "Горизонт". — Прим. авт.) ходит, бьется головой о стену и выбивает то, что ему, в принципе, и так обещали дать. И в итоге получает хорошо если третью часть. Я не хочу сейчас вдаваться в цифры. Во–первых, всего не знаю и наверняка найдется потом кто–то, кто скажет, что я все переврал и нам дали на полтора миллиарда больше. А во–вторых, не в деньгах ведь вопрос.

— За "горизонтовский" проект в свое время вы взялись с большим воодушевлением. На каком этапе поняли, что ничего не выйдет и, судя по всему, придется уезжать?

— Сомнения появились в позапрошлом году, когда поняли, что в Минске мы вообще никому не нужны. В столице есть "Цмокi", и на этом точка. Это был первый звоночек. Хотя я и сейчас не горел желанием что–то там подписывать. Просто ситуация стала совсем уж патовой. Я пришел к выводу, что мне нужно уехать хотя бы для того, чтобы обо мне немного забыли и перестали считать каким–то нездоровым раздражителем. Хотя мне ведь, по сути, ничего не надо: ни званий, ни регалий, но получается, что мы подошли к черте, где нет ни материального удовлетворения, ни внутреннего.

— Тренерский цех в белорусском баскетболе очень невелик. Вы видите человека, который способен заменить вас в "Горизонте"?

— Наверное, он есть... Появится кто–то, кто захочет что–то совершить даже в таком вот вакууме, когда все вокруг, кажется, не работает в принципе, то, возможно, ему удастся совершить что–то вроде того, что мы сделали в 2007 году. Тогда ведь даже люди, которые работали в баскетбольной среде, не верили, что мы способны взять медаль на чемпионате Европы. А сейчас мы занимаем четвертое место, попадаем на Олимпиаду, но недовольных все равно больше, чем довольных.

— Почему так выходит?

— Я склонен считать, это говорит о том, что в своей жизни я действительно добился чего–то значимого. Мы своей работой позволили людям рассуждать о высших спортивных материях. О том, как играет Франция, о том, что в этот раз неважно смотрится Испания, о Сербии, которую неплохо было бы и победить... То есть мы говорим о вещах, которые в женском баскетболе, да и не только в нем, считаются настоящим космосом. Не рассуждаем ведь мы, как наша мужская сборная смотрится на фоне Испании. Ну какие там сравнения? А здесь можем позволить себе всерьез говорить, что, дескать, нужно было обыгрывать чемпионок, между прочим, Европы. При этом я на протяжении всех 15 лет работы со сборной слышу, что Буяльскому везет. Завоевал медали — повезло, ушел из сборной — повезло, Хардинг приехала — повезло, команда пять побед на чемпионате Европы одерживает — та же причина.

— Сами–то довольны тем, как сложился чемпионат Европы?

— Это был один из сложнейших и интереснейших чемпионатов. Со спаррингами за два месяца мы сыграли 19 матчей. А до этого — подготовка. Разговоры и привлечение Хардинг. С ней ведь тоже все могло пойти наперекосяк. Так что, поверь, могло быть гораздо хуже. Но мы все ведь воспитаны на русских народных сказках, где все происходит по щучьему велению и можно 30 лет лежать на печи, а потом поехать на Олимпиаду.

— Учитывая, что один из лидеров чемпионата страны в будущем сезоне заявляется не в Еврокубок, а в Восточно–Европейскую лигу, а остальным о еврокубках и думать не приходится, наш чемпионат...

— ...знаешь, вот не надо: пустая ведь трата времени. Сколько было говорено о том, что, когда мы завоевывали медали, у нас три человека в сборной играли в чемпионате Беларуси. Сейчас — наоборот: только трое играют в сильных клубах. Может, после нынешнего чемпионата ситуация чуть изменится. Но большинство все равно будет выступать в чемпионате Беларуси. И понятно, что уровень несопоставим. Но, по–моему, куда хуже, что мы сейчас не играем, например, на чемпионате Европы U–20, команды U–16 и U–18 играют в группах "В" и борются там не за самые высокие места. Вот наш ближайший резерв. И при этом мы всерьез возмущаемся, почему наша сборная не становится чемпионкой Европы. Не везет, наверное...

— Немало рассуждений и споров было по поводу присутствия в нынешней сборной игроков вроде Марины Иващенко, которые сыграли по паре минут за весь чемпионат. Можете объяснить: зачем их вообще везли и, быть может, стоило взять кого–нибудь другого?

— Рассуждения о том, что, допустим, Аня Каленто была бы лучше, чем Иващенко, напоминают мне известный анекдот о том, что армяне лучше, чем грузины. У Иващенко хоть минимальный опыт игры в сборной был. Каленто, Кивляк раньше вообще на сбор не вызывались. Но среди тех, кто поехал, не было ни одной "туристки". Это люди, которые в будущем должны играть в сборной. Увы, у нас нет игроков уровня Маши Водеевой, которая становится одной из лучших в составе сборной России. Но при этом она прошла весь путь, занимая со сборными ведущие места во всех возрастах, да и на клубном уровне получила хороший опыт. А где и во что играют Каленто и Иващенко? Я пересматривал недавно концовку матча против Греции: Рытикова вышла и в четырех атаках сделала пять ошибок. Что тут сказать? А ведь это чемпионат Европы, здесь нет места для экспериментов: на кону Олимпиада. Это на чемпионате мира можно было активно подключать девчонок на перспективу.

— Много обсуждалась идея заявить один из белорусских клубов в чемпионат, условно, России по примеру хоккея или, скажем, мужских "Цмокаў". Вы поддерживаете этот вариант?

— Мне сложно поддерживать или не поддерживать подобные идеи, потому что я не вижу возможностей для их реализации. Для этого нужны вложения. В волейболе их находят, в баскетболе это сделать, наверное, сложнее. Так что в нашем случае лучший вариант, чтобы все лидеры играли в различных сильных клубах в сильных чемпионатах.

— Пока они там востребованы. А вы уверены, что через пару–тройку лет они там все еще будут кому–то нужны?

— Нет, и если честно, к тому и идет. Но это вопрос не по адресу. Я реалист, и мне сложно рассуждать абстрактно. Если бы в 2006 году я ждал и надеялся на появление тех условий, которые нужны для прогресса сборной, у нас никогда не было бы ни медалей чемпионата Европы, ни всего остального. Поэтому и сейчас я буду работать с тем, что есть. К слову, в Торуне не возражают против моей работы в белорусской сборной, так что в этом смысле все также складывается хорошо.

— А вы рассматриваете свою будущую работу в чемпионате Польши с точки зрения создания шанса для самых перспективных белорусских игроков?

— Спекуляции на эту тему, наверное, будут всегда. Когда я работал в "Горизонте", ходили слухи, что я ставил игрокам условия: не идешь в "Горизонт" — не будешь играть в сборной. Раньше тоже много было разговоров. Так что я не хочу никаким образом связывать свою работу в клубе с национальной сборной. Мне вариант Торуня интересен потому, что это сильный чемпионат, клуб, где не нужно переодеваться на скамеечке в коридоре. Лет 15 назад, когда впервые уехал работать в чемпионат Польши, я рассказывал в интервью, что чувствовал там себя востребованным. Вот и сейчас я просто хочу работать.
-10%
-21%
-20%
-30%
-30%
-15%
-80%
-30%