• Биатлон
  • Хоккей
  • Футбол
  • Теннис
  • Баскетбол
  • Гандбол
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС


Виктория Ковальчук,

Наджат Ордад — французская баскетболистка, которая с этого года выступает за столичный «Горизонт». 26-летняя спортсменка придерживается мусульманских традиций, яро болеет за «Пари Сен-Жермен» и с энтузиазмом учит русский язык. SPORT.TUT.BY пообщался с Наджат в рамках проекта «Легионеры» и узнал, как экзотической француженке живется в Беларуси.

Фото из личного архива
Фото из личного архива

Джет назначила встречу в кондитерской, где все подчеркивало парижскую атмосферу. Наджат опаздывает и шлет поток СМС с извинениями и обещаниями компенсировать все отличным кофе с эклерами и тарталетками. Через считаные минуты миниатюрная француженка с внешностью Шакиры входит в кафе.

— О! Нас часто путают с Шакирой. Я недавно вернулась из Словакии, где пожилые мужчины кричали вслед: «Это же Шакира! Подожди». Невероятно, — смеется баскетболистка.

У Наджат Ордад марокканские корни и воспитание в традициях арабской культуры. Хотя она с ходу производит впечатление озорной европейки.

— Я родилась во французском городе Орлеан, который по населению в раз 20 меньше Минска. Орлеан — миниатюрная копия Парижа. Там столько же возможностей, сколько и в столице, просто масштабы намного меньше. В 15 лет уехала учиться в США. Так получилось, что провела в Америке целых 7 лет. Это был интересный опыт, который помог понять: жить я хочу только в Европе. Американцы — невероятные материалисты: они помешаны на дорогих покупках и последних моделях гаджетов. Это очень противоречивый и парадоксальный народ: демонстративно рассуждают о религии, но самой прибыльной индустрией в США уже долгое время остается порно. Наконец, там почти нет натуральных продуктов, а я забочусь о своем здоровье.

«В центре встречаю одетых с иголочки мужчин, а на окраине — измученных бабушек»

Джет впервые приехала в Беларусь после Нового года и первым делом отправилась в торговый центр за теплой одеждой.

— На мне была кожаная куртка, а температура на улице опускалась до минус 30. Конечно, во Франции тоже бывают холода, но к таким морозам я оказалась не готова. Поначалу даже удивлялась, когда встречала людей в длинных пальто и меховых шапках — они напоминали героев из советского кино. В этом есть своя прелесть: белорусы сохранили немного советской культуры и постепенно заимствуют европейский стиль. Вы не забываете историю − здесь много памятников и музеев, которые напоминают о том, что происходило на этих землях в предыдущие века. Минск — город контрастов: в центре дорогие рестораны и одетые с иголочки мужчины, а на окраине встречаю измученных бабушек, которые из последних сил тащат тяжеленные сумки. Такой дисбаланс есть во многих странах — во Франции тоже хватает как богачей, так и нищих.

Джет — девушка с невероятной энергетикой. Она наслаждается моментом и с интересом познает белорусскую культуру.

— Я не знаю, надолго ли в Беларуси, но это жутко интересный опыт. Конечно, я бы могла не учить русский. Но ведь благодаря языку я могу понять, что за народ белорусы. Мне нравится общаться с людьми — я не из стеснительных девчонок, поэтому всегда любопытствую, что значит то или иное слово. А подруги по команде восхищаются: «О! Ты учишь русский, потрясающе». Я попросила, чтобы на тренировках мне не переводили установки тренера — стараюсь улавливать все на русском, и у меня неплохо получается. Русский — очень интересный язык: он жесткий, тяжеловесный, но не такой грубый, как немецкий. Сейчас я создаю воспоминания, и будет невероятно приятно, если через некоторое время удастся увлекательно рассказать детям, как мне жилось в Беларуси.

Фото из личного архива
Фото из личного архива

Французская баскетболистка с энтузиазмом пробует все новое. Она решила не только использовать проверенный и самый простой вариант передвижения по столице — Uber. Джет также прокатилась на «традиционном» такси и даже спустилась в метро.

— В такси мне сложно объясняться, потому что водители почти не владеют английским. Сперва просила о помощи девчонок из команды, а потом просто сфотографировала номер дома с названием улицы и показывала фото. В метро тоже не теряюсь: читаю названия станций, которые написаны латинской транслитерацией. Запоминаю, где мне назначена встреча, и без проблем добираюсь.

«Белорусы довольно закрытые, но лишь до тех пор, пока не обратишься к ним с просьбой»

Наджат снисходительно относится к сверлящим взглядам на улицах Минска. Она списывает это на элементарное любопытство.

— У меня экзотическая внешность, но Франция настолько мультикультурна, что этим там никого не удивить. А вот Минск — однородный город в плане национальностей. Поэтому минчане удивленно оборачиваются вслед, некоторые даже просят потрогать мои кучеряшки, ха-ха.

Белорусы кажутся довольно закрытыми, но лишь до тех пор, пока не обратишься к ним с просьбой. Хотя попадаются и очень общительные люди. Зимой пожилая женщина приходила в мою съемную квартиру делать уборку. Она постоянно чем-то интересовалась, хоть мы и разговариваем на разных языках. Бывает, что люди подходят ко мне на улице и спрашивают, как пройти в какое-то место. И, представьте себе, иногда я действительно помогаю им сориентироваться в Минске.

Француженка обращает на себя внимание не только яркой внешностью и привлекательной фигурой. Она с легкостью способна покорить мужчин знаниями футбола. Джет — большая поклонница «Пари Сен-Жермена» и мадридского «Реала».

— Парижская команда подарила настоящий праздник на 14 февраля, разгромив «Барселону», но подпортила мне настроение 8 марта ответным матчем. Французы очень любят футбол — это у нас в крови. В детстве я не только гоняла мяч с папой и братьями, но и занималась в футбольной секции. У нас принято так: те французы, которые болеют за «ПСЖ», поддерживают еще и мадридский «Реал», а другая часть болеет за «Марсель» и «Барселону». Конечно, есть исключения, но классика — именно такие пары.

Никогда не использовала футбольные познания, чтобы привлечь мужчин. Но иногда это случается непроизвольно. Причем мужчины обычно странно реагируют: «Ты не можешь разбираться в футболе — ты же женщина». Когда они узнают, что я профессиональная спортсменка, становятся немного лояльнее. Меня смущают мужчины, которые совсем не любят спорт. Они не обязательно должны быть профессиональными атлетами, но как можно вообще не интересоваться спортом? Пока не успела сходить на белорусский футбол, но мой отец говорит, что у вас хорошая национальная сборная: осенью наши команды сыграли вничью в отборочном цикле.

«В Беларуси симпатичные мужчины, они ухожены, но не перебарщивают с этим»

Интересуюсь у Наджат, как она оценивает белорусских мужчин. Спортсменка смущенно отводит глаза, но спустя минуту соглашается пооткровенничать:

— Во Франции все люди очень разные — у нас намешано много национальностей и культур. А белорусы все более-менее похожего типажа. Даже если у некоторых есть грузинские или польские корни, это не делает их внешность слишком экзотической. В Беларуси симпатичные мужчины, они ухожены, но не перебарщивают с этим. Французы помешаны на внешности — часами крутятся у зеркала, ходят на маникюр. Мне сложно описать характер и темперамент белорусских мужчин — наверняка среди них есть разные. Как-то со мной в Минске заговорил парень, который в первую минуту знакомства спросил, есть ли у меня молодой человек. Очень прямолинейный, не находите? Хотя большинство белорусов — джентльмены: они придерживают двери, пропускают вперед. Но это уже не о национальных характеристиках, а о воспитанности и галантности каждого в отдельности.

Фото из личного архива
Фото из личного архива

На вопрос, может ли Наджат представить себе, что выйдет замуж за белоруса, она отвечает спокойно и некатегорично:

— Все возможно. Но для этого надо соблюсти несколько условий. Во-первых, мой супруг должен владеть одним из языков моей семьи — французским или арабским. Причем не только он, но и его родители. Моя родня придерживается традиционных взглядов: мы считаем, что брак заключается не между двумя людьми, а между семьями. Поэтому важно, чтобы не только мы с ним, но и наши родители могли свободно взаимодействовать. Во-вторых, нам надо сойтись в вопросах питания. Я мусульманка — не употребляю алкоголь, не ем свинину, а белорусы едят очень много блюд с этим мясом. Еще я очень люблю острую еду. Как-то мы обедали с командой, и я полила куриный стейк соусом табаско. Он невероятно острый, но для меня это привычный вкус. Знаете, у людей, которые употребляют алкоголь, со временем происходит привыкание, так и у меня с острыми специями — я уже не замечаю их количества. А подруга по команде решила угоститься с моей тарелки и потом долго приходила в себя, вытирала слезы, потому что ей это блюдо показалось просто огненным, ха-ха.

«Молюсь пять раз в день, соблюдаю пост в Рамадан, но не навязываю свои взгляды другим»

Наджат Ордад толерантна в вопросах веры. Она рассказывает, что прочитала много литературы, в том числе Библию и Тору, чтобы разобраться в теме религии.

— Главные постулаты схожи во всех религиях. Я воспитывалась в мусульманской семье и считаю себя глубоко верующим человеком. Такое же воспитание я бы хотела дать и своим детям. Мне кажется, что у мужа и жены должна быть одинаковая вера. Это поможет избежать разногласий на тему того, какая религия будет у ребенка. Среди моих друзей есть семейная пара, где муж — иудей, а жена — католичка. Они постоянно вынуждены искать компромисс.

Баскетболистка «Горизонта» признается, что нередко сталкивается с элементарным невежеством: люди не всегда разделяют радикальных исламистов и обычных верующих мусульман.

— О нашей религии существует много странных стереотипов. Хотя, если заглянуть глубже, можно заметить, что террористы убивают в том числе и мусульман. А еще меня постоянно спрашивают, почему я не ношу хиджаб, раз являюсь мусульманкой. Но ведь вера — это то, что в нашем сердце, а не то, что надо демонстрировать окружающим. Я молюсь пять раз в день, соблюдаю пост в Рамадан, но не навязываю свои взгляды другим. Считается, что муж может попросить жену покрыть голову, но он не имеет права принудить ее к этому. Мужчина — глава семейства, но права женщин и мужчин все же равные. Мой отец никогда не заставлял меня носить хиджаб. Мама тоже долгое время ходила с непокрытой головой. Сейчас ей уже 60 лет, и она начала носить хиджаб, но пришла к этому решению самостоятельно и осознанно. Когда я выйду замуж, буду одеваться более скромно, но это не значит, что спрячусь под паранджой.

Я стараюсь объяснять людям, что такое ислам, если они действительно заинтересованы. Но сторонюсь собеседников, которые что-то вбили себе в головы и дергают меня расспросами: «Почему в мире столько терроризма?». К сожалению, бандиты и убийцы есть среди представителей разных вероисповеданий. Из семи миллиардов жителей на планете два миллиарда составляют мусульмане. Согласитесь, если бы все мы были агрессивно настроены, вряд ли бы люди продолжали мирно ходить по земле. На самом деле ислам — очень миролюбивая религия. Но люди верят в то, что слышат по телевидению.

Баскетболистка вспоминает, как ей приходилось просвещать американцев и прививать им элементарную толерантность.

— В подростковом возрасте я жила в Штатах в семье ярого республиканца. Он хороший человек, но выступал против многонациональной Америки, негативно относился к афроамериканцам — типичный представитель электората Трампа. Пожив в США некоторое время, я поняла, почему многие американцы мыслят так ограниченно. Они, в отличие от европейцев, мало путешествуют и почти не выезжают за пределы страны, не видят, что реально происходит в мире, а верят телевизионной пропаганде. Мне казалось, что я просто заново открывала мир для своих американских «родителей», объясняла суть ислама, пыталась сделать их более толерантными. Ирония судьбы в том, что потом их дочка даже вышла замуж за темнокожего парня.

«У меня нет невыносимой тоски по дому»

Контракт француженки с «Горизонтом» действует до конца апреля. Продолжится ли белорусский период для Наджат — станет ясно уже скоро.

Фото из личного архива
Фото из личного архива

— У меня нет невыносимой тоски по дому. Я профессиональная спортсменка, и бесконечные переезды — это образ жизни. В конце концов, иногда можно зайти во французскую кофейню в Минске и поностальгировать. В Беларуси нахожу все любимые блюда, разве что способ приготовления немного отличается. Например, я обожаю американские панкейки, во Франции есть свой аналог — french crepes, в Беларуси — налистники. Все это взаимозаменяемо, но иногда так хочется именно шоколадных панкейков, политых кленовым сиропом. Привычка — дело тонкое.

-10%
-10%
-15%
-20%
-10%
-10%
-20%
0066429