Сергей Щурко,

Олимпийский чемпион Пекина-2008 по гребле на байдарках и каноэ Андрей Богданович (младший брат другого чемпиона, а нынче депутата Александра Богдановича) рассказал об отношении к спиртному и футболистам.

Александр и Андрей Богдановичи. Фото: БЕЛТА
Александр и Андрей Богдановичи. Фото: БЕЛТА

— Как снимаете напряжение после изнурительного тренировочного сбора? Вряд ли организованно идете в концертный зал или в филармонию.

— Такого нет. Я люблю походы, на день-два или три. На природе побыть. А гулянки по клубам это точно не мое.

— С советских времен лучшим средством для расслабления организма после непосильных нагрузок всегда считалась она, беленькая.

— У меня такой профилактики со спиртным не было. А если бы проскочило, думаю, вряд ли помогло. У нас в команде такого никогда не встречалось — люди понимают, что деньги зарабатывают. И если в экипаже кто-то выпивает, кто такого алкаша терпеть будет? А если в одиночке, то уже сам понимаешь: будешь бухать — вариантов выиграть вообще нет.

— Наверное, ты не очень любишь футболистов. Как правило, именно они становятся героями скандальной хроники.

— Здесь, конечно, справедливости нет. Если играешь в футбол и что-то выиграешь, человек становится прямо-таки звездой. Другие виды спорта приносят олимпийские медали, а зарплата там даже на треть с футбольной не сравнится. А то и одну пятую составляет.

— С другой стороны, футбол во всем мире спорт очень массовый. Больше конкуренция и сложнее пробиться наверх.

— С этим согласен, но куда они выбиваются? Играют в Беларуси и зарабатывают хорошие деньги. Смотри: мне в спорте никогда не платили за то, что я могу сделать в будущем. Всегда оценивали только результат. Выиграл чемпионат мира — получи, выиграл Олимпиаду — пожалуйста.

А в футболе все наоборот — людям сразу выписывают баснословные, по нашим понятиям, деньги. Стал ты третьим в чемпионате страны — вау, круто. А у нас такой человек даже в национальную команду не попадет. Займешь второе место — будешь запасным, на чемпионат Европы или мира поедет победитель. А третьим у нас даже фармакологию не дают.

— Твой брат пошел в депутаты, отлично использовав свои заслуги в спорте.

— Да, набрал на выборах в округе 93 процента голосов.

— Еще один хороший пример.

— Неплохой. Но в этой профессии себя не вижу. Саше нравится общаться, он любитель многочисленных тусовок. Мне не нравится быть в центре внимания. Хотя…

Он по Осиповичскому округу пошел, а я могу по Бобруйскому. Это если чисто теоретически рассуждать, конечно (улыбается).

— Твой брат, кажется, неплохо чувствует себя в роли парламентария.

— Не знаю… Если выбирать между двумя этими профессиями, то я предпочел бы гонять молодых по озеру. Политика — такая штука. Очень часто люди обещают то, что выполнить не в силах. Далеко ходить не буду. Простой пример. Просили что-то сделать с гребной базой в Бобруйске. По сути, это просто сарай с печным отоплением. Хотя оттуда вышел Виктор Ренейский, который побеждал на Олимпиаде, и мы с братом тоже. Два олимпийских золота и одно серебро, первые места на чемпионатах мира и Европы — неужели этого мало, чтобы вдохнуть жизнь в какой-то несчастный сарай?

Многого ведь не нужно. Постройте самое элементарное — помещение, в котором будут раздевалка с душем, эллинг для лодок… Никто ведь не просит возводить что-то грандиозное, как в Заславле или Бресте.

Хочу, чтобы родители могли привести своих детей на тренировки и быть за них спокойными. Уверенными, что те тренируются в нормальных условиях. Чтобы тепло там было. Это нормально для XXI века, потому что никому не хочу такой судьбы, как у нас. Когда приходишь в холодную раздевалку, там же переодеваешься и в сырых вещах идешь на воду — в конце осени!

Мы просили сделать вместо печного хотя бы паровое отопление. «Зачем, ребята, мы вам все новое соорудим». Сколько лет прошло с тех обещаний? Десять точно, — сказал Андрей Богданович.

-10%
-10%
-51%
-20%
-58%
-10%