Сергей Канашиц,

belarus.by
belarus.by
Карьера Леонида Корнеенко начиналась так, что позавидуешь. На чемпионате мира по лыжным гонкам в 2007 году он выиграл "серебро" на дистанции 15 километров и стал первым белорусом, поднявшимся на пьедестал первенств планеты. Дорога перед парнем открывалась широкая.
 
Имя Корнеенко из года в год продолжало регулярно мелькать в прессе, но медального продолжения, увы, не последовало. Были лишь "скандалы, интриги и расследования". На Олимпиаде в Ванкувере Сергей Долидович и Леонид Корнеенко в полуфинале командной гонки были близки к тому, чтобы попасть в число соискателей медалей. Однако буквально перед финишной прямой Леонид, шедший вторым, перепутал маршрут и перечеркнул все надежды. А в августе того же года спортсмен травмировался на базе в Раубичах во время учебно–тренировочного сбора. Как итог: перелом двух ребер, ушиб и гематома легкого, долгое восстановление и потерянный сезон. Сегодня Корнеенко полон сил и желания готовиться к Играм в Сочи, но неприятности, похоже, вцепились в него мертвой хваткой: стеной стала медицинская проблема.
 
Леонид, как пасьянс, раскладывает передо мной справки из медучреждений и рассказывает свою историю. После травмы возникли осложнения, восстановление было трудным. Тем не менее он получил медицинский допуск и снова был в строю. Документ к своим словам Корнеенко прилагает, и в нем значится: "После закрытой травмы грудной клетки жалоб нет, противопоказаний для занятий спортом нет". Дата — 2 августа 2011 года.
 
Он провел несколько сборов, участвовал в соревнованиях, втянулся. Прошел перед аттестацией все необходимые комиссии, однако на дополнительном обследовании срезался. УЗИ нижних конечностей и генетическая экспертиза индивидуальных особенностей человека вынесли приговор, который озвучила комиссия Республиканского центра спортивной медицины: со спортом придется заканчивать, опасно для жизни.
 
— Комиссия пришла к заключению, что я вдруг стал негодным для занятий спортом. Увидели регресс, ухудшение. Стали говорить, что я едва ли не по лезвию бритвы хожу, что может развиться тромбоз, произойдет закупорка сосудов и тогда — летальный исход.
 
Тут бы в истории лыжника Леонида Корнеенко можно было поставить грустную точку, но получается многозначительная запятая.
 
Спортсмен с диагнозом не согласился. Правду пошел искать в Республиканский научно–практический центр "Кардиология", записался на прием к доктору медицинских наук профессору Вячеславу Янушко.
 
Вячеслав Янушко — заместитель директора по кардиохирургической помощи РНПЦ "Кардиология". Академик, профессор, доктор медицинских наук, главный внештатный сосудистый хирург Министерства здравоохранения, председатель Белорусской ассоциации ангиологов и сосудистых хирургов.
 
Итогом проведенного обследования стала официальная справка за подписью Янушко и директора РНПЦ "Кардиология", профессора, академика Александра Мрочека, из которой следовало, что опасности для здоровья спортсмена нет: "Проходимость глубоких вен левой нижней конечности в настоящее время не нарушена. Противопоказаний к занятиям спортом в настоящее время не выявлено".
 
Далее начался "бег на месте". Диктофон бесстрастно фиксирует возмущенные интонации Корнеенко.
 
— Отнесли справку в диспансер. На нее посмотрели с удивлением: "Противопоказаний к занятиям каким спортом? В настоящее время — это в какое? Может, эта справка на один день. Да и составлена она не по форме. Принеси другую". Принес, но положения дел это не изменило. Один из членов медицинской комиссии даже сказал: "А может, ты там с этими академиками договорился?" Представляете, насколько нелепое и оскорбительное предположение?!
 
Несмотря на мнения известных и уважаемых врачей–академиков, комиссия своего решения не изменила: перед Корнеенко по–прежнему горел красный свет. Но спортсмен и его тренер Владимир Маркашанский проявили упорство. Ходили в Министерство спорта.
 
— Там нам сказали, что на решение комиссии повлиять не могут.
 
Пошли в Министерство здравоохранения. Добились создания специальной совместной коллегии РНПЦ "Кардиология" и комиссии Республиканского центра спортивной медицины. 15 августа 2012 года "дело Корнеенко" было изучено вновь, спортсмен был обследован и озвучен вердикт консилиума: противопоказаний к занятиям спортом нет!
 
— Дали профилактические рекомендации, сказали делать УЗИ вен нижних конечностей раз в год, — с этими словами Корнеенко кладет на стол справку за подписью первого заместителя министра здравоохранения Д.Л.Пиневича.
 
— И что? — спрашиваю, чувствуя, что это совсем не конец истории.
 
— Воз и ныне там, в комиссии сказали, что это им не указ и своего решения о запрете они отменять не собираются. И что теперь делать? В суд подавать? К кому обращаться? Свое мнение в комиссии Республиканского центра спортивной медицины считают выше и значимее мнения академиков–кардиологов, практикующих хирургов, в то время как у самих нет даже доктора соответствующей направленности. Они же ведь ломают мне судьбу своим непонятным решением...
 
За разъяснениями мы обратились к заместителю директора по медицинской части РЦСМ, председателю комиссии, вынесшей вердикт Леониду Корнеенко, Александру Чаховскому.
 
— Александр Иванович, беспокоит редакция газеты "Советская Белоруссия", редактор отдел спорта Сергей Канашиц.
 
— Слушаю.
 
— Хотелось бы получить у вас комментарий по...
 
— У меня сидят трое больных, а вы хотите, чтобы я вам комментарии давал? На какую тему?
 
— На тему Леонида Корнеенко. И еще несколько вопросов, если позволите...
 
— Вы медик?
 
— Я журналист.
 
— Рад за вас.
 
В трубке послышались короткие гудки. Так что никаких комментариев на тему "Сколько раз заседает комиссия?", "Как она собирается?", "Кто в ней состоит?" и главное — "Каковы мотивы отказа в занятиях лыжным спортом Леониду Корнеенко?" получить не удалось.
 
Допускаю, что г–ну Чаховскому не понравилось, что я звонил по телефону. Приношу извинения. Готов зайти лично, хотя, мне кажется, что бросание трубки не есть высший пилотаж, потому что получается не диалог с прессой, а культур–мультур. А вообще–то хотелось спросить у Александра Ивановича и о том, почему запретили заниматься спортом нашему пятиборцу Александру Лесуну, который уехал после этого в Россию и стал лучшим в мире. Мы, журналисты, привыкли работать, давая слово всем сторонам конфликта. Но на сегодня у нас есть только слова самого Лесуна.
 
— В Беларуси сказали, что я не имею права заниматься спортом по состоянию здоровья. Российский тренер Алексей Хапланов пригласил на сборы в Москву, меня обследовали в пяти клиниках и ни в одной не обнаружили проблем, о которых говорили белорусы. Поэтому я принял предложение остаться в России и выступать за эту страну. Хотя дело здесь не в состоянии здоровья, а в кадрах.
 
— Не могли бы вы конкретизировать?
 
— В сборной Беларуси было три человека, занимавшихся у моего наставника, и один — у главного тренера национальной команды. Если этот спортсмен терял место в ней, своей должности лишался и главный тренер. Допустить такой ситуации он не хотел и делал все, чтобы я не попал в основной состав. Дело в деньгах: главный тренер сборной не хотел их терять и просто не допускал в команду спортсмена, занимающегося у другого наставника.

Понимая, как тонка нить, разделяющая профессиональный спорт и здоровье, этим материалом никого и ни к чему не подталкиваем. История знает много грустных примеров, когда жизнь молодых спортсменов обрывалась на взлете, когда смерть настигала их прямо на спортивной площадке. Однако в данном случае не все так однозначно и просто.
 
Есть спортсмен, который готов взять на себя все риски и вернуться в большой спорт, есть заключения профессионалов, которые эту возможность видят, и есть выводы комиссии, которая менять свою позицию не желает, как не желает и объяснить свою принципиальность. Не только газете, но, что гораздо важнее, — самому спортсмену.
 
Непростая ситуация, но и она ждет разрешения.
-31%
-20%
-15%
-10%
-30%
-50%
-21%
-30%
-10%