• Биатлон
  • Хоккей
  • Футбол
  • Теннис
  • Баскетбол
  • Гандбол
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС


Никита Мелкозеров,

Главный человек минского "Динамо" Юрий Чиж в большом интервью Никите Мелкозерову рассказал о том, когда у него созрело решение об увольнении Владимира Журавля с поста главного тренера, о нарушениях режима молодыми игроками, о меркантильности футболистов и объяснил, почему решил сделать двукратного чемпиона мира по греко-римской борьбе генеральным директором футбольного клуба.

Фото: by.tribuna.com
Юрий Чиж. Фото: by.tribuna.com

улучшил общее впечатление от сезона-2014?


– Скрасил тот негативный осадок, который оставила осень. Она вышла для команды очень нетипичной. Я не помню, чтобы мы когда-то так слабо проводили конец сезона. Обычно по осени всегда набирали. А тут, наверное, не сложились фазы смены тренера. Раньше в мае появлялся новый – и к осени команда с ним набирала. А в 2014-м мы до зимы чуть дотянули… Но это так, легкая ирония.

Вообще же нам чего-то не хватило в плане управления командой. Распределение ресурсов, которые находились в наличии тренера, мне тоже не понравилось. Отодвинул молодежь, сделал ставку на ветеранов. А ветераны не потянули. В том смысле, что сработал естественный процесс переутомления. Опытных игроков просто не хватило до конца года. В силу травм, в силу карточек, в силу нагрузки. Да – именно не потянули.

К тому же на каком-то этапе вылетели ключевые игроки: Удожи и Бангура. У Политевича были травмы. А молодым мы не доверяли. И зачем, спрашивается, тогда нам вся детско-юношеская инфраструктура, вся система подготовки? Наши лучшие дети растут до определенного уровня, а потом мы сами не даем им хода во взрослый футбол. Я пытался довести это до всех тренеров "Динамо". Но ни один меня не услышал.

– Вы приходили к главному и говорили: "Надо ставить молодых"?

– Такого никогда не было. Кого ставить, когда ставить – я не лезу в эти дела. Просто задаю вопросы на молодежную тему. Правда, все время получаю на них невразумительные ответы. Иногда бывает, тренер говорит мне, мол, хорошо – будем ставить молодых. А потом я прихожу на стадион и вижу на поле немного другую картину…

"Ну, Чиж требует, ну, выпустим мы этого Корзуна или Яроцкого за две минуты до конца", – наверное, мои призывы формировали примерно такую реакцию. А я вот не понимаю, почему нельзя дать молодым полноценную практику. Тот же Игнатович. Ведь если бы мы не получили шесть штук в Греции, парень просидел бы на лавке до конца сезона. Но случилась неприятность – и человека поставили. И надо сказать, он не подвел. Как итог – теперь у "Динамо" два равноценных вратаря.

– Что отвечал вам Владимир Журавель, когда начинался разговор о молодых?

– "Да-да, все хорошо. Все – всем дадим шанс"… Ну, некоторым, в принципе, шанс был дан. Но с молодыми надо работать. Не просто "беги на поле и чем-то там занимайся". Нет. Если ты делаешь ставку на Никитина, Залесского или Карповича, надо с ними работать. Получается так: молодой игрок совершает ошибку в первом матче. Проходит еще два – и ошибка повторяется. А этого быть не должно. Существует же такое понятие, как "индивидуальная работа тренера". Так вот хотелось бы видеть ее результат.

Каждый год в "Динамо" подрастали ребята. Но в 2014-м же, кроме Карповича, никого не появилось. Ну, да – есть Рассадкин. Мы, кстати, беседовали примерно за два дня до нашего с тобой интервью. Парень приходил в этот кабинет. И я в очередной раз понял: человек так к себе относится, что из него ничего не выйдет.

– Вы вызываете к себе всех молодых игроков?

– Могу вызвать, могут сами прийти. Особенно, когда их наказывают. Приходят и говорят: "Добавьте денег. У нас отняли". Вот Рассадкин, о котором мы заговорили. Игрок был вызван в молодежную сборную. В Литве они, по-моему, проводили спарринги. На следующий день после матча Рассадкин в дрова. Его, пьяного, выгоняют из сборной и отправляют в клуб… Первое: когда пацан в 19 лет так к себе относится, это край. Второе: игры за "Динамо", в которых парню доверяли, он провел не очень. Ножку убирал, по-другому как-то берегся, в общем, давал понять, что не ценит представленный шанс.

Но я не могу говорить обо всех молодых одинаково. Они разные. Быков, Корзун, Рассадкин – три разных человека. Быков, допустим, из них самый серьезный. Видно, что переживает за клуб, даже горит за него. Поэтому у Артема проблемы больше психологического свойства. Характер ведь не поменяешь. Это его минус. Периодически Быкова перемыкает. В остальном у парня одни плюсы.

Вообще я всех молодых помню. Ребята сидели у меня в кабинете, когда мы продлевали контракты. На три-пять лет. Пока они сидели и рисовали, я смотрел, кто и как себя ведет, кто и как реагирует на цифры, увиденные в документах. Это ведь о многом говорит. Быкову все эти суммы были второстепенны. Для парня на первом месте стояли клуб и возможность остаться в нем. До образца всем нашим игрокам пока далековато, но Артем – это, в принципе, позитивный пример. Нормальный парень.

Корзун – 50 на 50. О нем я еще не могу конкретно высказываться. Хотя по потенциалу отличный игрок. Злой, в тренировках и играх отдается полностью. Психика устойчивая. Но пока травмы, из-за которых год не сложился ни для Быкова, ни для Корзуна. В общем, будем смотреть.

А Рассадкин живет с ощущением, что к нему все должно само прийти. Но опять же это вопрос педагогики. Вопрос тренерский. Если парень уже сложился таким, то изменить его будет сложно. Но возможно. Для этого тренеру действительно нужно взять и поломать игрока психологически. Переделать его полностью. Для этого требуется личность. Человек, который либо приведет молодого в порядок, либо примет жесткое решение: "Уберите отсюда этот металлолом! Он мне больше не нужен".

– Что еще вы отмечаете, когда игрок приходит подписывать контракт?

– Смотрю, что у парня первично – желание играть, расти, совершенствоваться или все-таки финансовый вопрос. Разочаровывает, когда по денежным причинам агенты вводят ребят в такой транс, что они теряют почву под ногами. Даже Стас Драгун последние полгода в клубе провел подобным образом. Его накрутят, он приходит: "Юрий Саныч, ну, отпустите". – "Куда ты уходишь? В какой клуб?" – "Ну, не знаю. Но вот за миллион готовы меня забирать. Отпустите, вы же обещали". – "Стас, слушай, положи ты этот миллион и иди куда хочешь, если устраивает позиция, когда тебя, как барана, тянут за рога. А ты даже не знаешь, куда". – "Ну, отпустите". – "Я знаю, кто тобой интересуется. Что это за клубы. Наверное, люди сейчас начнут разбираться, кто и сколько заплатит. И, кажется, у кого-то есть план отрезать себе большую дельту с твоего перехода. Ты определись, что первично. Если решил уходить, тебя никто не держит. Только скажи конкретно, куда ты уходишь". Тут парню стало стыдно и неудобно. Больше он рта не открывал. И дальше все развивалось спокойно.

Бывает, люди приходят, и ты сразу же все понимаешь. Потом даже разговаривать неинтересно. Честно скажу, когда у человека одни цифры в голове и он приходит к тебе, как калькулятор на ножках, я спрашиваю у людей: "Чего вы его сюда привели? Не надо". Другое дело – иностранцы. Их сложно почувствовать. В силу языковых отличий и иной ментальности.

Да, у нас были кадровые ошибки. Поэтому теперь стараемся выбирать игрока, который бы не создал дискомфорт в команде. Проще не притащить проблему со стороны, чем потом решать ее в коллективе, подписав человека любой ценой. То есть очень важен вопрос психологической совместимости. Хотя сейчас я не могу сказать, что у нас есть сложившийся коллектив. До коллектива "Динамо" далековато. Я вот беседовал с нашими лидерами, так они начинали: "Мы – команда!" Еще, кстати, пытались советовать мне: "Может, нам Владимира Ивановича оставить?" Я отвечал: "Может, вы зарплату начнете платить себе сами? Все решать будете сами?"

– С кем вы так беседовали?

– Были некоторые персонажи. Изначально люди приходили просить не за тренера, понятное дело, а за себя. Ну, а по ходу дела принимались задавать дополнительные вопросы: "А кто будет главным? А? Может, мы Журавля оставим?"

Но вообще, что касается подписания контрактов, я общался не со всеми игроками. За этот вопрос отвечали Шуканов и Павлюкович. Они приходили ко мне с какими-то цифрами, утверждали. С иностранцами я практически не беседовал. Знакомились уже после подписания. Честно, меня больше интересуют наши молодые игроки. Ведь что-то с ними не складывается. Какой-то дифференциал. Надо его убрать…

Если все-таки продолжать о лидерах, то встречались со Стасевичем перед его отъездом в отпуск. Честно скажу, пока мы очень далеки от понимания. Клуб с удовольствием оставит этого игрока у себя. Но на адекватных условиях. Мы улучшили финансовую составляющую контракта Стасевича. Но футболист хочет больше. Гораздо больше предлагаемого. Извините, но для таких денег нужно было лучше играть. Стасевич провел у нас три года, и вопросов нет только по последнему. Предыдущие два были ни о чем. И если честно, прошедшая осень в исполнении Игоря меня тоже несильно впечатлила. Так что как-то так.

– Что такое адекватные условия в "Динамо"?

– Это условия, которые выше адекватных по Беларуси. Это очень приличные деньги. Но я бы не хотел озвучивать цифры в нынешнее непростое время. Про другое расскажу. С подачи руководителей клуба у нас возник конфликт по премиальным за Лигу Европы. Ситуация вышла из-под контроля. Чтобы разрядить ее, я сказал всем: "Вы что, меченые, небожители? Что вы себе придумали? Ребята, откуда вы взялись, что рисуете себе непонятно какие премии? Вы заработали для клуба очень серьезные деньги? Вы первый раз что-то выиграли. И вдруг начали на что-то претендовать".

Речь велась о будущих премиальных. О деньгах за результат в группе, которого не случилось. Я сказал: "Дайте ваше предложение". Посмотрел, продолжил: "Есть элементарная вещь. Называется "Арифметика". Вот лист. Нарисуйте тут ваше предложение". Они нарисовали. Посмотрел: "Вы заработали условных 400 тысяч. Если умножить ваше предложение на количество игроков, получается 600. Вы что, идиота перед собой видите? Или как? В вас хоть что-то человеческое есть?"

Шуканов, Павлюкович и Журавель после попадания в группу оказались где-то в небе. Я говорил: "Ребята, вернитесь на землю". И что мы получили после победы над "Насьоналем"? 1:4 от "Шахтера" – и понеслось. Руководители клуба впоследствии оказались заложниками ситуации и растерялись, полностью утратили бразды правления командой, практически прекратили общение со мной. Управленческой команды, которая год назад приходила ко мне со словами, мол, мы привели Журавля, мы едины, мы выиграем чемпионат, не стало.

А я ведь даже не рассматривал Журавля в качестве главного тренера. Для меня он был середняком, максимум которого – борьба за второе место. Вспомни 2013-й. "Шахтер" лидировал очень долго, но потом выдал беспобедную серию. Я понимаю, команда могла проиграть БАТЭ и "Динамо", но остальных-то обязана была побеждать. И с нами произошло то же самое. БАТЭ теряет очки, "Динамо" повторяет. Мы осекались в матчах с не самыми сильными соперниками. То же "Торпедо" из Жодино. Люди, по сути, играли без зарплат. За сезон мы отобрали у них два очка. Два. Из 12. У БАТЭ мы тоже не выиграли. И вообще, осенью команда приятно преобразилась только в одном матче – с "Фиорентиной". Но один матч не делает картины.

– Правильно понимать, что одна из главных претензий к Журавлю – недостаточная жесткость в обращении с командой?

– Да ради Бога. Пусть каждый тренер решает, как ему управлять командой. Но мне что-то не приходят на ум фамилии тренеров-либералов, которые чего-то добились. В принципе, все успешные специалисты – диктаторы. Авторитарные люди. Фергюсон и прочие. При Малофееве кто-то мог себе много позволить? Когда требовала ситуация, Эдуард Васильевич принимал самые строгие меры, в том числе и к лидерам. Пудышев – как пример. Давай говорить о современной Беларуси. Гончаренко не ставил на место Гутора? Ставил.

Да, плохо, когда тренер доводит ситуацию до необходимости принимать кардинальные решения. Постоянные контроль и баланс – это, конечно, лучше. Но в нашем случае я по осени узнаю, что в "Динамо" кто во что горазд. У кого дискотеки, у кого еще какой отдых. Нарушение режима тоже присутствует. И это одно из следствий либерального подхода. В общем, у ребят все было хорошо, кроме конечного результата.

Команда проигрывает, а в раздевалке гробовая тишина. Я вот не понимаю, как это возможно? Команда играет в невразумительный футбол, а замены производятся за две-три минуты до конца матча. Я видел, когда людей снимали с поля на десятой минуте, на 20-й. Тренер проявлял какое-то мужество. Да, сейчас народу на трибунах собирается немного, мужество проявлять не перед кем, но все же.

Еще ситуация. Команда проигрывает 0:3. Футболисты идут к фанатам, хлопают, благодарят за поддержку… Что-то, наверное, в нашей жизни изменилось, что-то, наверное, пошло не в ту сторону. Как это? Футболисты должны стыдиться. У людей должны быть стыд и элементарная порядочность. 20-30 лет назад такой картины произойти не могло. Минское "Динамо" получает три, и футболисты идут благодарить трибуны? Нет. Игроки уползали со стадиона через картошку и как угодно, лишь бы их только не заметили.

А тут проиграли – и уже вечером могут позволить себе посещать публичные места… Те же фанаты. Ну, чего поддерживать? Освистывать надо за 0:3, за безвольные поражения. А у нас что-то поменялось. И это мне не нравится. Это ненормальное положение вещей.

– Как прошел ваш прощальный разговор с Журавлем?

– Еще в августе месяце я объявил Шуканову, Павлюковичу и Журавлю, что мы расстаемся. Я – человек прямой. Понимал, что это могло навредить, но решил ничего не скрывать. Пригласил ребят после матча с "Торпедо-БелАЗ". Он закончился со счетом 0:0. Тогда произошла провокация со стороны Глеба, которая повлекла за собой удаление Удожи. Довольно раннее. Но это не важно. Важно, что мы вышли на поле абсолютно ненастроенными. Катали там этот мяч, не спешили никуда. И вдруг форс-мажор. Удаление. Спорное. Но что случилось, то случилось. И все – мы вдесятером. Как итог – абсолютно немотивированная потеря очков.

И вот я собрал наших руководителей: "Ребята, то, что вы творите… Я не враг своей команде, но в этом году мы чемпионами не станем". Меня принялись убеждать, что я ничего не смыслю в футболе, и "Динамо" закончит сезон первым. Я продолжил: "Чемпионство пролетает у нас перед носом. Скажу вам честно, контракты вы доработаете, но уже сейчас можете начинать искать себе новую работу".

После истории с премиальными у меня было желание сменить тренера. Но затем подумал: "Вот придет новый тренер, выиграем мы чемпионат, потом же никому рот не закроешь. Люди начнут говорить: "Не дали ребятам выиграть чемпионство". Я сдержался. Дал доработать людям до конца. В итоге что имеем, то имеем. В принципе, к концу года мы практически полностью перестали общаться. Да, я всегда открыт. Но я не могу достучаться до людей, если они даже не хотят меня услышать. В какой-то момент я увидел, что команды у нас нет. Каждый начал меркантильно пытаться решать проблемы в свою пользу.

У меня есть большие претензии к Павлюковичу. Он как генеральный директор не справился с предложенным уровнем задач. Он не управлял ситуацией. Он где-то пошел на поводу у подчиненных. Его не хватило для этой работы.

– Вы ведь, наверное, понимали, что сильно рискуете с назначением Павлюковича?

– В стране практически нет стоящих футбольных менеджеров. Я думал, что парень все-таки вырастет в профессиональном плане. Плюс Павлюкович – человек из клуба. Работает у нас много лет. Я надеялся, что при помощи понимания ситуации изнутри он сможет синтезировать все хорошее, убрать лишнее и отстроить хорошую структуру. К сожалению, не получилось.

– То есть прямая замена Шуканова – Рашович, прямая замена Журавля – Угрин, прямая замена Павлюковича…

– Селимов. Мы знаем друг друга не один год. Я вижу его желание работать. Да, может, Селимов больше видел себя в борьбе. Но мы решили по-другому. Как спортивный функционер Алим мне нравится. Он видит процессы, может ими руководить. У него есть желание и стремление реализовать себя в новой ипостаси. Плюс борцовская школа более правильная с точки зрения спортивных принципов. В футболе с этим есть сложности. А борьба – это честность, порядочность, справедливость, понимание того, как достигать поставленных целей. К сожалению, в футболе эти основополагающие критерии уже размыты. Даже во время разговора с тренерами становится ясно, что люди все считают, позволяют себе пренебрегать моральными категориями.

Поэтому наш новый генеральный директор – борец. Его функционал по сравнению с предыдущим не изменится. Это широкий спектр обязанностей. Контроль хозяйства, порядок в детской школе. А в детской школе у нас очень нездоровая атмосфера. Ведь произошел открытый конфликт между Шукановым, его людьми и Малофеевым. У Юры было неприятие чужой точки зрения. А Эдуард Васильевич – человек уважаемый. Да, многие его мысли спорные, но многие правильные. Все это идет от души, от искреннего желания помочь клубу. Он же не лезет, не подсиживает кого-то. Но человек нарвался на стену. Стену даже не неприятия, а откровенного отторжения. Попал в ситуацию открытого противостояния. В моем понимании, это вопрос бестактности и отсутствия внутренней культуры многих молодых тренеров и функционеров.

Сейчас мы очень серьезно пересматриваем систему работы в детско-юношеском сегменте. Ведь любую модель, даже самую никчемную, можно вытащить за счет исполнителей. Равно как и самую прогрессивную модель можно запороть. Кадры решают все. Не нами это придумано. Расхожая, но справедливая фраза.

– Чем хорош Рашович?

– Время покажет. Но я скажу больше. Вук был приглашен в "Динамо" с перспективой стать главным тренером. Это не секрет. Мы подписались еще в сентябре. Я дал ему время присмотреться, попросил никуда не лезть, никому не мешать. Мы придумали ему должность с названием "специалист по развитию детско-юношеского футбола".

Изначально Вук импонировал мне своими навыками работы с молодежью. Мы много общались. Рашович предложил довольно большое количество вариантов по оптимизации клуба. Вот тогда у меня родилась идея сделать его спортивным директором. Вызвал Вука, посадил на стул, на котором сейчас сидишь ты, и сказал: "Слушай, только контролируй себя, пожалуйста. Со стула не падай. Давай ты станешь спортивным директором и выстроишь всю систему, начиная от "Березы" и заканчивая главной командой "Динамо", как положено. Не обязательно лезть в группы подготовки 8-12-летних. Но, начиная с 14-летних, надо вести системную работу. Подберем методики, специалистов. Претворяй в жизнь все свои идеи, о которых мне рассказывал".

Я понимаю, человек не ожидал такого поворота. Шел на одну должность, а ему предложили другую. Но мы сохранили все финансовые условия. Вук подумал день. После мы встретились. Он согласился. К тому времени у меня уже имелись свои соображения по поводу главного тренера, но я сделал проработку этого вопроса задачей Рашовича. Было несколько кандидатов. Имелась даже предварительная договоренность. Но я сказал Рашовичу: "Главный тренер должен быть найден тобой".

Вук слетал к Угрину. Они поговорили. Поняли друг друга. Рашович пригласил Ранковича. Осталось найти только специалиста по физподготовке. Понятно, Беларусь подобным кадровым ресурсом не располагает. Так что продолжим поиск за границей.

Ясное дело, ведется работа по селекции. Ищем двух нападающих. Может быть, опорника. Левого защитника. Ну, и в зависимости от Стасевича, определимся с необходимостью приобретать крайнего хава. Я не хочу лететь сломя голову и набирать всех подряд. Есть конкретные позиции, которые следует усилить. К тому же у нас имеются свои исполнители из числа молодых. Крайние хавы, допустим. Пацанов можно было ставить в старт в конце сезона. На какие перспективы рассчитывал Журавель, если два последних матча в чемпионате мы играли опытными ребятами? Зачем тебе просматривать Воронкова или Молоша? У них контракты заканчиваются. Им больше 30 лет. Ну, дай ты молодым сыграть. Зачем опытные? Не знаю. Премиальные, может, надо было заработать. В итоге ничья с "Нафтаном" и проигрыш "Гомелю". И что, нельзя было попробовать Яроцкого, Кучерова, Пацко, еще кого-то?

– Как в принципе происходит процесс выбора нового тренера в "Динамо"?

– Все решает поиск, ясное дело. Я уже сказал, что Вук был приглашен еще в сентябре. У меня много друзей в Сербии. Они дали Рашовичу хорошие рекомендации. По их рекомендации мы, например, подписали Веселиновича. Хотели оставить парня. Но у него серьезные проблемы со здоровьем. Печень совсем не держала нагрузку. Нет восстановления. После серьезной работы человек три-четыре дня ходил желтым. Попробовали восстановить медикаментозно, так он вообще сел.

Веселинович полгода не играл, у родителей сельским хозяйством занимался. Приехал к нам. На свежачке выдал несколько хороших матчей. Но случилось накопление усталости – и все. Парень хороший. И по человеческим, и по игровым качествам. Но не тянул… Адамовича мне тоже посоветовал мой сербский товарищ. Ну, и Рашовича. Я пригласил его в Минск: "Не сиди без дела. Смотри за всем". Вук сразу обратил внимание на тренировочный процесс в дубле. Одна тренировка в день… А молодых ведь нужно гонять. Прогресса без пахоты не будет.

– То есть вы всегда консультируетесь при выборе главного тренера?

– Нет. Того же Максимова я хорошо знал по опыту предыдущей работы. Юра был связующим звеном между командой и главным тренером. К нам он приехал перевязанным и перешитым, потому и закончил в Минске. Но во время тренировочного процесса именно Максимов заводил пацанов. Сегодня такого человека у нас нет.

Еще нам предстоит доукомплектовать центральную ось. Здесь безоговорочный лидер Николич. И, естественно, я с нетерпением жду более зрелой игры, тем более что и возраст уже подошел, от Быкова, Корзуна и Яроцкого. В этой зоне всегда может успешно сыграть Удожи. Ну, и с учетом непредвиденных обстоятельств, наверное, будем страховаться кем-то из ветеранов. Это либо Воронков, либо Симович (разговор состоялся до перехода серба в "Слован" – Tribuna.com). Лично я бы отдал предпочтение Воронкову. Он, может быть, не всегда показывает яркую и эффектную игру, но действует рационально, надежно и эффективно. Что касается Симовича, то к легионеру требования у нас гораздо выше, я думаю, не дело держать иностранца под замену. Хотя надо понимать, что в 2014-м человек просто доигрывал контракт. Мы ждали от него футбола получше. Да и то – Симович играл только потому, что выпали наши молодые опорники Быков и Корзун.

Я помню, как Сима пришел весной ко мне в кабинет. Мы имели разговор. Человек говорит: "Хочу играть. Меня не ставят". – "Я не знаю, как тебя поставить. У нас два своих пацана. Неплохих пацана. Чтобы ты играл, надо либо садить Николича, либо ждать травм ребят. Вверху Фигередо. Плюс взяли Удожи. Шансов у тебя очень мало". От аренды в белорусских клубах он отказался. В итоге для Симы сошлись звезды. К сожалению, поломались Быков и Корзун. От безысходности Симович получил место в составе. Пару игр провел хорошо, а дальше….

Наверное, и по этому поводу могут быть вопросы к главному тренеру. Кстати, вот еще один: почему Фигередо провалил сезон? Ведь в позапрошлом году он был лучшим в Беларуси. Николич, кстати, по весне вообще не рассматривался как игрок основы. Не было движения вперед. Николич играл в отдачку. Но молодец, за счет своего характера прорвался. Выходил, пер и доказывал. Изменил стиль своей игры. Это позитивный пример. Негативный – это Диоманде. Будем расставаться...

– Каково понимать, что ты потерял 400 тысяч долларов?

– Неприятно понимать. Неприятно приходить с этим на стадион и видеть безобразный футбол. Впечатление, что человек даже по полю бегать не может… С Залесским еще закончился контракт. Мы не продлеваем. По Концевому вопросы. Будем смотреть. Тоже неадекватные финансовые условия. Да, по самоотверженности к парню нет вопросов. Но на его позиции нам нужен футболист посильнее. Ищем. Никитин не останется...
-18%
-14%
-25%
-15%
-45%
-70%
-10%
-10%
-27%
0064852