Сергей Мордасевич, Артем Фандо из Дохи,

В отеле "Grand Hyett", где в столице Катара квартирует гандбольная сборная Беларуси, по следам состоялся круглый стол с участием руководителя Белорусской федерации гандбола Владимира Коноплева. Мы думали: приедем на часок, оптом получим комментарии главы БФГ, ненапряжно проведем время. Не тут-то было! Дружеские посиделки на деле оказались настоящим разбором полетов — с повышенными тонами, жесткими пикировками и поисками ответов на извечные вопросы "Кто виноват?" и "Что делать?"

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Фото: Александр Добриян, Прессбол

"Что мешало играть 5-1 раньше?"


Тревожное заподозрилось сразу же, только мы вошли в конференц-зал. Коноплев взял строгий указующий тон:

Так, Репкин, вот твое место. Новиков, ты сюда садись. Мироновича туда отправим. Здесь Шевцов будет располагаться.

Упомянутые персоны вместе с Сергеем Рутенко и самим Коноплевым составили так называемый президиум заседания. Напротив них в несколько рядов расположились тренеры и гандбольные специалисты из белорусской провинции, которые на этом мировом форуме выполняют роль болельщиков. По бокам уселись журналисты. На стульях у стен — непосредственно "виновники торжества", гандболисты.

Владимир Коноплев взял вступительное слово и сразу же предупредил:

— Врагов народа и ведьм, которые помешали нам играть, искать не будем, но разговор планируется жесткий. Среди нас нет ни одного человека, которого нельзя было бы критиковать. Главная цель — по горячим следам сделать наметки на будущее. Чтобы понять, как развивать наш гандбол — от детско-юношеских школ до национальной сборной.

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Фото: Александр Добриян, Прессбол

Предложение высказаться вслед за председателем федерации желающих не обнаружило. В зале установилось молчание. То было молчание школьного класса, ни один ученик которого не хотел выходить к доске. Тогда, пробежав глазами по "журналу", Коноплев стал вызывать сам: "Скажет Владимир Азов".

И тренер минского "Аркатрона" говорил — главным образом о защите 5-1, которую сборная применила, и успешно, только . Что, мол, мешало сделать это раньше?

Главный тренер сборной Юрий Анатольевич Шевцов возразил:

— Защиту 5-1 и 6-0 в этой сборной создал Шевцов. Наверное, он знает возможности своих игроков. Я думаю, что при 5-1 бразильцы нам завязали бы ноги. Вот и все аргументы. Говорить о чем-то при более чем 20 потерях… Думаю, если бы Черепенько не отбил 11 из 17 катарских бросков в первом тайме, 5-1 тоже не сработала бы.


"Не ожидали такой корявой игры"


Дальше Коноплев стал поднимать одного за другим тренеров и функционеров и просил задавать острые вопросы. Те лезть на рожон желания не изъявили. Это создало в зале гнетущую, неприятную атмосферу. Желая разрушить ее, слово на правах капитана попросил Сергей Рутенко:

— Большинство присутствующих находятся в этом зале благодаря команде. Легко быть хорошим человеком, когда все идет хорошо. Сейчас нас сравнивают с другими командами. Но я не видел, чтобы присутствующие здесь сравнивали себя с представителями других стран. Если это журналисты — то с журналистами. Если это критики — с другими критиками. Мы сделали все, что могли.

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Сергей Рутенко. Фото: Александр Добриян, Прессбол

Коноплев парировал:

— Мы создали вам условия, которые создают лучшим европейским сборным. Но не ожидали от вас такой корявой игры, таких тупых потерь мяча. И если вас критикуют — значит, есть за что. То, что вы оказались в Катаре, это не только заслуга команды, но и федерации, Министерства спорта, первых тренеров. Я хотел бы, чтобы Иван Бровко встал и сказал: "Владимир Николаевич, как гимн пел, так и играл". Стыдно было смотреть. Даже натурализованные катарцы выучили арабский язык.

Посмотрите, как россияне сыграли с поляками и немцами — проиграли по одному мячу. Разве можно их за это критиковать? Разве можно вас критиковать за матчи с испанцами и первый тайм с катарцами? Мы вас растим с 20 лет. И что вы показали в 28? Ноль. Просто ноль. И ты, Сергей, еще будешь говорить про команду? Вы со своей игрой едва до больничной койки многих не довели.

У меня, Сергей, и к тебе много вопросов. Без тебя команда не пробилась бы ни на "мир", ни на "Европу". Но если ты напортачил, не могу публично не спросить и с тебя. Вы с Шевцовым — главные люди в команде
.

Услышав такие упреки, опять заговорил Шевцов:

— Есть две темы для обсуждения. Первая — как выступила команда. Я должен отвечать за результат, а он неудовлетворительный. Вторая — общее развитие гандбола. Эта команда всегда имела цель добиться чего-то большего. Когда мы ехали на чемпионат мира, стояла дилемма: развивать дальше белорусский гандбол или квалифицироваться — и все. Можно было тихо-мирно сыграть этот турнирчик, и нас сейчас никто не критиковал бы. Команда, федерация набрались смелости — двигаться вперед. Думаю, это было первое смелое решение в белорусском гандболе. И сейчас надо однозначно двигать гандбол дальше с той точки, в которой мы сейчас находимся. Нельзя возвращаться во времена кипрской квалификации. Неважно, кто будет следить за этим — Коноплев, Шевцов или кто-то другой.

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Юрий Шевцов. Фото: Александр Добриян, Прессбол


"Рутенко-старший взял на себя лишние тренерские функции"


Следом поднялся первый тренер многих сборников брестчанин Леонид Вашкевич. В духе советских партийных выволочек он предъявил претензии сборной в самоотдаче:

— Не оказалось людей, которые хотели бы умереть за родину.

С критикой обрушился на команду и генеральный директор минского СКА Павел Галкин. Досталось всем:

— Мне хотелось бы спросить у команды: понимаете ли вы возложенную на вас ответственность, глядя в глаза этим первым тренерам? Как детям идти в гандбол после такого чемпионата мира? Наша сборная дала пощечину, плюнула в детских тренеров.

Юрий Анатольевич, уважаемый, приезжай хоть раз в Могилев, Гомель, Жлобин, объясни, как ты хочешь, чтобы бросали. На одном из заседаний исполкома вы, Владимир Николаевич, заявили: так, быстро взяли ручки и записали слова Шевцова. Но, к сожалению, мы так не услышали от него, как надо играть. Как дальше готовить для него игроков. А сейчас он говорит, что не тот продукт. Что гандболисты не могут принять его идеи. Предлагаю создать тренерский совет, который будет руководить сборной. Не стоит взваливать руководство на плечи одного Шевцова.

На мой взгляд, Рутенко-старший взял на себя тренерские функции. Начал указывать, командовать. Возникли плохая атмосфера, споры, разногласия. И то понятие "команды" провалилось
.

Ситуация потребовала разъяснений из первых уст. Из уст Рутенко-старшего:

— По поводу наших отношений с Шевцовым. Он мой главнокомандующий, тренер. Я иду за ним, делаю то, что он мне говорит. Не вводите людей в заблуждение, будто мы поругались. То, что вы видели на площадке — эмоции. Нельзя судить лишь по этому.

По поводу ответственности. Так, как переживают ребята, никто не переживает. Как привлечь детей после такого турнира? Мне 33. Можно играть на высоком уровне до 35. Я хочу задать вопрос: где все те люди, которые становились когда-то серебряными призерами чемпионата Европы? В этой сборной из той команды только трое: Нежура, Бровко и я
.

Здесь вмешался Коноплев:

— Сережа, такое время было. Никто из здесь присутствующих в этом не виноват. Ты еще скажи, что для нас Горбок не потерян. За Россию играет предатель этот. Рутенко не помогли бы никакие тренеры, если бы он не пахал, как негр на плантациях, за копейки. А вы, игроки БГК… Да вы же годами получаете зарплату, которую президент страны не имеет. Ни гимн спеть, ни сыграть. Отсидеться, ни царапины не получить... Больше этого не будет.


"Есть ли у наших тренеров и игроков право на ошибку?"


Из зала донеслось: можно я?

— Нельзя, — ответил Коноплев. — А то Новиков забудет, что хотел сказать.

Так свою точку зрения принялся выражать наш старший прессболовский коллега Сергей Новиков:

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Сергей Новиков. Фото: Александр Добриян, Прессбол

— Вспоминаю наш открытый исполком, когда мы впервые услышали доклад Шевцова с анализом проблем. Владимир Николаевич тогда сказал: как жаль, что мы так долго ждали этого выступления. Настолько оно было интересным и глубоким. И, Павел Владимирович, если вам нечего было записывать, мне очень жаль.

Наш чемпионат никуда не годится, потому что мы не удерживаем людей. В любой топ-лиге тон задает массовость. Где сейчас те Подосиновы, Морозы, Костромы, которые играли на хорошем уровне? Может, они никогда не попали бы в сборную. Но создали бы конкурентную среду в чемпионате. А так у нас есть звезды, которые собраны в сборной, и слабаки — все остальные.

Испанцы в 2005 году стали чемпионами мира. В 2009-м они с Риверой потерпели неудачу и скатились в "Президентский кубок". Затем тот снова привел команду к чемпионству. Надо задать себе вопрос: у наших тренеров, игроков есть право на ошибку или нет? Я думаю, что есть. Исходя из этого и надо строить с ними разговор, отношения
.

Дискуссия стала переходить в цивилизованное русло. Эмоций стало меньше, здравых мыслей — больше. Вот от имени команды слово взял и Денис Рутенко. Его спич, да и вообще манера поведения за круглым столом, окончательно убедили: Денис все полнее утверждается в роли одного из лидеров команды.

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Денис Рутенко. Фото: Александр Добриян, Прессбол

— Я задумался: может это наш уровень сегодня? Гандбол в Беларуси не развивается. За последние несколько лет чемпионат только ухудшился. Да, мы подняли для себя планку на этом чемпионате — бороться за путевку на Олимпиаду. К сожалению, у нас это не получилось. Но на чем основывалась та надежда? Может, наш уровень — попадание в финальные раунды топ-турниров? По поводу "умереть на площадке". Мне интересно, что это значит — бороться. Мне странно слышать, что не было борьбы
.

Еще один потенциальный вожак — Борис Пуховский — тоже не остался в стороне от обсуждения:

— БГК — единственный клуб, который может позволить предоставить игрокам практику в Лиге чемпионов. Но ведь и там белорусы играют мало. И когда в сборной они заменяют лидеров вроде Сергея, они просто не тянут. Когда это происходит в матче с Чили, не страшно. А когда играешь с командой сильнее, уже нет права на две ошибки. Делаешь две ошибки — и проигрываешь. Я не говорю, что игроки плохие, но они просто не тянут на этом уровне. Когда еще несколько гандболистов, кроме Сергея, показывают топ-уровень (Денис Рутенко, Черепенько), мы можем побороться. Но в этот раз не получилось. Не сошлось. Про детский гандбол. Если появятся деньги, будут и тренеры, и легионеры. Без денег мы эту ситуацию никак не исправим.

— Сидим тут уже второй час. Первый, кто сказал главное, — заметил Дмитрий Чистобаев.


"На площадке — не больше трех иностранцев"


Реакцией на слова Бориса стала новая реплика Коноплева:

— Все, что нужно детским школам, федерация обеспечивает: форма, мячи. Настолько, что уже школы начали продавать их на сторону. Заводится даже уголовное дело: придем в Минск — будем разбираться. Когда в свое время Мешков забрал костяк сборной в БГК, когда "Динамо" развалилось, я был рад. И не очень расстраивался тому, что происходило: за наши деньги в "Динамо" развивали зарубежных игроков. Скажу прямо: иностранные тренеры, работавшие с нашими клубами, — враги народа.

Фото: Александр Добриян, Прессбол
Владимир Коноплев. Фото: Александр Добриян, Прессбол

БГК — это уже не белорусский клуб. А наши игроки уже загублены: Шумак, Баранов, Шилович… Лучше пусть они играют в "Машеке", в Гродно, если не тянут мировой уровень. Да, Денис Рутенко пробился. А кто еще пробился? Шилович как был однотипным игроком, так и остался. Я в свои 60 лет вижу, куда он будет бросать
.

Дальше дело приняло неожиданный реформаторский оборот.

— Назрели перемены, — продолжил Коноплев. — Дальше иностранным тренерам мы не позволим делать то, что они хотят. Будем жить по белорусским законам. На площадке — не больше трех иностранцев. Белорусский вратарь должен проводить на паркете не меньше тайма в играх любого турнира.

Тут вмешался Денис Рутенко:

— Так может развалиться последний белорусский клуб, выступающий в Лиге чемпионов.

Но на этом реформаторский пыл Коноплева не закончился.

— У нас нет высоких полусредних с хорошим броском. Поэтому в следующем сезоне гол, забитый с девяти метров в юношеских соревнованиях, будет засчитываться за два. Еще два года назад эту идею предлагал Миронович. Если я останусь руководителем федерации, так и будет.


"Камышик — здоровый лось, но у него заячье сердце"


К концу второго часа беседы присутствующие в зале изрядно устали. Сидевшие позади нас игроки даже попросили водички, бутылки с которой были расставлены по столам.

Фото: Александр Добриян, Прессбол

Но глава БФГ продолжал откровенничать:

— Рутенко назвал мне сумму, которую ему предлагали, чтобы он взял катарский паспорт, — я столько за всю жизнь не заработаю. И в Беларуси Рутенко столько никогда не получит. И в "Барселоне" тоже. Но он остался.

Дальше защищал команду Иван Бровко. Защищал себя — Максим Баранов, обвиненный в довольствовании малым. Высказывал здравые идеи и проводил любопытные параллели заместитель Коноплева Сергей Репкин. А сам Владимир Николаевич с разгона выбивал двери в тренерскую кухню:

— Камышик — здоровый лось, но у него заячье сердце. Он мог вчера катарцам бросить, а у него потеря. И всегда так. Я ему говорю: бросай! Юрий Анатольевич, я вам так скажу, чтобы Камышика в сборной больше… Я вам подскажу, кого взять вместо него.

Но, несмотря на громкость суждений, атмосфера в зале ощутимо потеплела. Шуток-прибауток с каждой минутой становилось все больше. Хотя поднимались и серьезные темы. Например, уже затронутая тема исполнения гимна. Высказаться захотел Бровко:

— Многие накинулись на Серегу Рутенко. Не понимаю — почему. Говорят про гимн. А лично я не могу петь, потому что у меня мурашки бегут по коже, и я не могу выдавливать из себя слова.

— И у меня бегут мурашки, — добавляет сам Рутенко. — И что, мне их сфотографировать, чтобы вы поверили. Поэтому и есть упреки в том, что не боремся, не поем… Я спросил у натурализованных катарцев, как они выучили арабский язык. Они говорят: мы не выучили, просто рот раскрываем.

На излете встречи слово брал глава белорусской дипломатической миссии в Катаре Виталий Мирутко. Журналисты благодарили игроков за желание идти на контакт. Игроки аплодировали журналистам и говорили "спасибо". Расходились все из конференц-зала, как будто и не было этих двух с половиной часов жесткого, откровенного, неожиданного обсуждения.

Спартак Миронович. Фото: Александр Добриян, Прессбол
Спартак Миронович. Фото: Александр Добриян, Прессбол

-20%
-20%
-40%
-10%
-20%
-20%