Виталий Есис, /

Новый генеральный директор минского "Динамо" Сергей Катков в среду утром прибыл в Минск, день посвятил общению с руководителями клуба и предшественниками, а вчера после полудня был представлен и коллективу. В столь напряженном графике новый управляющий “зубров” нашел время и для беседы с корреспондентом “ПБ”.
— В первую очередь хочу попросить вот о чем. Я всегда открыт для прессы. Поэтому если у журналистов возникнет желание узнать правду, то сразу обращайтесь ко мне, а не к другим людям. Я скрывать ничего не намерен, без утайки отвечу на любой, даже самый неудобный вопрос. Перед тем как приступить к сложной работе, важно обеим сторонам протянуть друг другу руку и крепко ее пожать.

— Ваше условие принимается. Сергей Леонидович, для начала расскажите о себе подробнее.

— С 1992-го являюсь членом Совета Федерации хоккея России. 9 февраля этого года должна была состояться отчетно-выборная конференция. Для посещения этого мероприятия заказал билеты в столицу на 7-е число и обратные на 14-е. Но 3 февраля раздался звонок от Германа Скоропупова, который несколько лет назад работал в минском “Динамо”. Знакомы с этим человеком еще с тех пор, когда я был директором тольяттинской “Лады”, а он — екатеринбургского “Динамо-Энергии”. А одно время даже входили в Совет федерации. Поинтересовавшись моим здоровьем и делами, Герман спросил, не устал ли я отдыхать, не желаю ли поработать. Признался, что в тот момент ощущал себя в таком состоянии, будто нахожусь в отпуске, только долгосрочном, однако со дня на день должен вернуться на работу. Затем Скоропупов добавил, что моя кандидатура заинтересовала новых руководителей минского “Динамо”. Тогда я и предложил договориться о встрече либо в Москве после отчетно-выборной конференции ФХР, либо в Минске.

События развивались по второму сценарию. Решив все дела в российской столице — меня еще на пять лет переизбрали членом Совета федерации, — созвонился с Юрием Федоровичем Бородичем, который попросил прибыть в Беларусь 11 февраля. И в этот день в десять утра состоялась встреча в БФСО “Динамо”.

— Что обсуждали?

— Беседа длилась часов пять. Затронули немало вопросов, касающихся развития хоккея в Беларуси в целом и клуба в частности. Кратко рассказали друг другу о своих прежних успехах на этом поприще. Затем я поведал, как создавалась команда в Тольятти в начале 90-х. В ту пору, напомню, в волжском городе существовал совместный футбольно-хоккейный клуб. Требовалась реорганизация структуры, чтобы не затеряться в компании сильнейших. Руководители автозавода хотели, чтобы “Торпедо”, как прежде называлась “Лада”, отвечало всем нормам. Приходилось строить все с нуля. Рассказал о всех трудностях, что сопутствовали созданию команды в Тольятти, отвечал на возникавшие по ходу беседы вопросы.

Я сразу заявил, что для решения серьезных задач в первую очередь необходимы не столько исполнители, сколько команда тренеров и руководителей, которые работали бы в одной упряжке и общими усилиями способствовали бы прогрессу. Коллектив не должен делиться на директора, заместителя или водителей с администраторами. Все эти люди — одно целое, работающее на конечный результат. Попросил Юрия Федоровича в первую очередь обеспечить именно такое единство. В противном случае хоккеисты будут приходить в клуб заработать денег, а не бороться за что-то серьезное. Биться за честь дружины, за буковку “Д” на свитере, за город, за страну — как бы громко это ни звучало, но в минском случае это уместно — они вряд ли станут.

В “Ладе” удалось создать такую атмосферу, которая позволила нам первой из немосковских команд выиграть чемпионат России. Взяв то золото, получили право выступать в еврокубках. А в Старом Свете о нас вообще никто ничего не знал, Тольятти с трудом находили на карте. Но быстро автозаводская команда просветила Европу, потому что часто либо пробивалась в финалы, либо и вовсе побеждала на различных представительных международных турнирах. Так получилось, что в начале 90-х годов оказались безработными Геннадий Цыгуров, Александр Тычкин и Сергей Михалев. Сплав из трех уволенных тренеров получился отменным. И под этих наставников комплектовали команду. Генеральных менеджеров в ту пору еще не было. Посему на мои плечи, помимо контроля за тольяттинским ледовым дворцом, легли еще и функции, как сейчас выразились бы, селекционера. Приходилось с утра до ночи вертеться как белка в колесе. И первые победы волжан пришли в очень сложные годы. Но мы благодаря бригаде единомышленников со всем справлялись. Каждый знал, что все друг друга в любой момент поддержат и никто в случае чего не предаст.

— До того как получить приглашение Бородича, интересовались жизнью минского “Динамо”?

— Хотя последние годы и находился в простое, однако руку на пульсе событий держал. Тем более после создания КХЛ. Секретов для меня не было. Агенты, с которыми когда-то сотрудничал, по-прежнему в деле. Функционеры и специалисты остались те же. Доходили различные слухи из Беларуси. Мне, скажу без рисовок, судьба “Динамо” была небезразлична.

— Почему?

— Все просто. В бытность директором “Лады” когда-то приглашал в Тольятти ваших ребят: Олега Хмыля, Олега Романова, Андрея Скабелку и Васю Панкова. Они составили костяк той золотой автозаводской команды, которая в декабре 1996 года завоевала Кубок европейских чемпионов. Причем победную шайбу в решающем матче со шведским МоДо в декабре 1996 года забросил Панков. Белорусские ребята всегда выделялись добротой и порядочностью, рвачами никогда не были, чем нравились многим тренерам и болельщикам. Кстати, благодаря им познакомился с вашей газетой. “Прессбол” ребята читали постоянно. Невольно приобщили и меня. Надеюсь, с моим приездом в Минск будем снова общаться.

Но что вспоминать дела давно минувших дней. Сейчас Юрий Федорович Бородич поставил передо мной конкретную задачу — чтобы в следующем сезоне “Динамо” играло в плей-офф.

— Для ее выполнения необходимо многое сделать?

— Очень. Сплотить коллектив, нацелить всех работников клуба на достижение главной цели. 11 февраля встречался с Александром Андриевским, узнал о кадровой ситуации в команде на межсезонье, поинтересовался, кто уходит, кто остается, кого наставник удерживать не намерен, какие позиции требуют усиления. Но более плодотворно общаться начали с момента моего окончательного приезда в Минск. Прежде с Сашей знаком не был, однако помнил его как хоккеиста: высокого худощавого парня. А тут 11 февраля заходит в кабинет крупный мощный солидный мужчина. Заметил, что Александр Леонидович умеет выслушать любого собеседника, высказывает свои взгляды на построение команды. Это очень важно. Я же не намерен навязывать мнение главному тренеру, уверен, различные вопросы или недоразумения можно разрешить. Отвечать за результат в большей степени Андриевскому, потому он в первую очередь и должен решать, какие исполнители ему нужны. Принцип сотрудничества “я начальник — ты дурак” — это не по мне.

— Раз затронули тему селекции, вопрос вдогонку. Как будете комплектовать команду? Белорусский полпред в КХЛ задумывался как базовая дружина национальной сборной, но вот уже два года на деле все выходит иначе.

— Это был один из первых моих вопросов в беседе с Андриевским. Чтобы в “Динамо” выступали исключительно белорусские ребята или станем приглашать хороших игроков из-за границы. На что Александр Леонидович открыто ответил, что, используя исключительно своих парней, вряд ли решим задачу попадания в плей-офф. К сожалению, местных хоккеистов уровня, позволившего бы конкурировать с ведущими клубами лиги, очень мало. Я всегда был сторонником точечной селекции. Андриевский четко сказал, сколько нужно защитников, сколько нападающих и какого плана. В частности, требуется мощный сильный центрфорвард, который отрабатывал бы и в атаке, и в защите. Круг поиска очертили. После чего я начал переговоры с агентами, огласив им свои требования к кандидатам. Знакомые обрадовались моему возвращению в хоккей и заверили, что сделают все в лучшем виде.

— Какая пропорция в команде будет между местными и приезжими игроками?

— Меньше всего сейчас хочу касаться этой темы. Как и Андриевский. Зачем ставить вопрос жестко: должно быть пять или семь белорусов или только пять легионеров. С главным тренером условились, что в команде должно быть пять квинтетов, способных выступать на уровне КХЛ. По возможности равнозначных. Именно для выполнения этой задачи и буду строить свою весеннюю работу.

— Когда в Минск приехал прежний генеральный менеджер канадец Шон Симпсон, я у него интересовался, насколько он знаком с белорусским чемпионатом, его хоккеистами и особенно молодыми талантами. Он ответил, что не знаком. Адресую этот же вопрос и вам.

— Осведомлен, что хорошие хоккейные центры появились и в регионах вашей страны. Поэтому важно изучить их потенциал. А также познакомиться и с вашим внутренним первенством. Но прежде всего намерен встретиться с хоккеистами “Динамо”, побеседовать с каждым лично, узнать, чем они дышат. И после этого, получив больше информации, пойму, в каком направлении двигаться. Надеюсь, белорусские тренеры и специалисты пойдут мне навстречу и расскажут о перспективной молодежи.

К слову, затронули в первой ознакомительной беседе с руководителями “Динамо” и его главным тренером заявку фарм-клуба в Молодежную хоккейную лигу. Именно в дочерней команде и необходимо собирать лучших юнцов со всей Беларуси и целенаправленно готовить их к профессиональной карьере. Я уже рекомендовал Юрию Федоровичу и Александру Леонидовичу кандидатуру на пост тренера этой дружины — Андрея Скабелку. Правда, необходимо еще встретиться с ним самим, поговорить, понять его взгляды на хоккей. Важно, чтобы в структуре была преемственность. И уже определившись с наставником “фарма”, займусь комплектованием второй команды. Причем нужно в дочернюю дружину привлекать ребят не только на следующий сезон, но и на долгосрочную перспективу, то есть искать хоккеистов на вырост. Талантливых парней в Минске всегда хватало. Однако если в последнее десятилетие наработки по подготовке резерва были утрачены, то их нужно вспомнить и вернуть. Получится ли это сделать, пока трудно загадывать.

— А как ваши родные и близкие отнеслись к тому, что вы вновь в большом хоккее, правда, вдали от дома?

— Для всех мое решение стало неожиданностью. Особенно для супруги Нины Ивановны. У нас есть трое сыновей, все они живут отдельно: старший в Тольятти, средний в Самаре. И только младший, Максим, остался в хоккее: вначале пробовал играть в “Ладе”, а последние годы работает менеджером в хабаровском “Амуре”. Родные восприняли такой поворот в моей жизни с пониманием, ведь сами периодически шутили: мол, не устал, папа, отдыхать на пенсии? В понедельник я полетел в Москву, где провел ряд переговоров с потенциальными новичками, а в среду утром был уже в Минске. Кстати, вместе со мной приехала в Беларусь и жена.

— Соскучились по хоккею на пенсии? Кстати, как на ней оказались?

— Сделал это вынужденно. В начале 2000-х годов прежним руководством автозавода было принято решение: если человек, находящийся на контракте, уходит досрочно, то получает выходное пособие. А с учетом стажа и многочисленных государственных наград — приличное по тем деньгам. И когда мне исполнилось шестьдесят, на АвтоВАЗе начались перемены. Новые боссы принялись сворачивать все социальные проекты, в числе которых оказался и хоккейный клуб. Поэтому подумал, все хорошенько проанализировал и ушел досрочно. Так я и оказался на пенсии. Пусть никого не смущает многолетний простой. Здоровье в порядке, за хоккеем следил, чувств к нему не утратил.

Спортивные костюмы для активных людей — в Каталоге TUT.BY.
-10%
-13%
-10%
-15%
-30%
-20%
-47%
-10%
-25%
-60%