Сергей Николаев, /

Новичок минского "Динамо" американский вратарь Роберт Эш рассказал о причинах переезда в Беларусь, а также признался, что почти ничего не знает о лидерах команды Андрее Мезине и Джеффе Платте.

— Роберт, добро пожаловать в Беларусь! Как вам в Минске?

— Все хорошо, город очень красивый, чистый. И движение здесь не такое сумасшедшее, как в России. Побывал на “Минск-Арене” и был восхищен. Это лучшая арена в КХЛ, вполне НХЛовский стандарт! Жаль только, “Динамо” сейчас выступает неудачно. Я и не знал, что оно проиграло несколько матчей подряд. Но, надеюсь, все наладится. Хочу помочь команде побеждать как можно чаще и пробиться в плей-офф. Не знаю точно, когда дебютирую в составе динамовцев. Возможно, в течение ближайшей недели.

— О вашем переходе в “Динамо” судачили с весны. Почему трансфер состоялся лишь сейчас?

— Не знаю. Мы действительно еще в апреле или мае обо всем договорились. Был подписан предварительный контракт. Но месяц спустя сообщили, что в Минске меня уже не ждут. Однако две недели назад переговоры с моим агентом возобновились. И вот я здесь.

— Чем занимались все это время?

— Находился дома с семьей. Живу в небольшом городке недалеко от Нью-Йорка. Там у меня своя ферма, так что занимался сельским хозяйством, я это люблю. Но все же было скучновато. Конечно, тренировался, поддерживал форму. С физическими кондициями проблем нет. Правда, надо время, чтобы вернуться в игровой ритм. Вратарю это всегда непросто.

— В Минск вы летели почему-то через Лондон…


— Там у меня живет приятель. Я всегда, когда лечу на лето в Америку, оставляю у него вратарскую экипировку, чтобы не тащить ее в Нью-Йорк. Домой везу только тренировочное снаряжение.

— Были ли у вас другие предложения, кроме минского?

— Да, весной звали и в НХЛ, и в другие клубы КХЛ. Но я тогда не сомневался, что буду выступать в Минске. А потом поезд ушел — эти команды подыскали других вратарей.

— Предпочли “Динамо” клубам НХЛ?

— Если честно, хотел остаться в КХЛ, мне здесь нравится. А в Минск стремился перебраться во многом потому, что сюда перешел Дэвид Немировски. Немо — мой очень хороший друг. Мы еще в юношеском возрасте встречались на льду. Мне было 16 лет, ему — 18. А затем какое-то время вместе выступали за СКА. Надеюсь, он поможет мне освоиться в Минске. Ведь это самое трудное на новом месте — вникнуть во все бытовые мелочи. Я даже в ваших деньгах еще не разобрался. Пока у меня нет карточки для белорусских банкоматов, так Немировски дал мне пару купюр. Вот, смотрите — по 20 тысяч рублей. Не представляю, это много или мало…

— Почти семь долларов. А Немировски вам должен помочь — он ведь знает русский…

— Это точно. У него же родители, кажется, украинцы. Но по менталитету Немо — стопроцентный канадец. В Минске мы с ним планируем вместе снимать квартиру. Ведь моя семья сюда не приедет. Дети только пошли в школу в Америке, начали заниматься хоккеем. Нет смысла их выдергивать на пять-шесть месяцев.

— То есть в “Динамо” вы только до весны?


— Посмотрим. Вероятно, да. Этот сезон мне хотелось бы провести в КХЛ, но через год вполне можно вернуться и в НХЛ.

— За место в воротах минчан вам предстоит конкуренция с Андреем Мезиным и Микой Оксой. Что знаете о них?

— Почти ничего. Мезин, кажется, выступал на каком-то чемпионате мира — то ли в Канаде, то ли в Швейцарии?.. Говорите, он постоянно играет за сборную Беларуси? Хм, не знал…

— А с кем-то из новых одноклубников, кроме Немировски, были знакомы?

— В общем-то нет. Немного знал Штумпела и Спиридонова, но в основном потому, что доводилось против них играть. Платт? О нем мне почти ничего не известно. С Мареком Сикорой тоже познакомились только сейчас. Жаль, он не владеет английским.

— А с русским у вас совсем плохо?

— Чуть-чуть знаю. Но не более того. Мне сложно учить этот язык. Когда приехал в “Ак Барс”, там были игроки, которые помогали с переводом. В частности, Олег Петров. А в СКА вообще вся раздевалка говорила по-английски. В команде было много бывших НХЛовцев, тренер Барри Смит…

— Почему покинули Санкт-Петербург?

— Меня сочли виноватым в поражении в плей-офф от Риги. Хотя я не согласен. По-моему, у нас просто не шла игра в атаке. Результат зависит от всех: вратарей, защитников, форвардов. Но от нас всегда ожидают подвигов. Мне не удалось вытянуть СКА в одиночку, и руководство стало подыскивать другого голкипера. Уже потом они приобрели Набокова — что ж, это хороший вратарь. Но у меня о Санкт-Петербурге остались хорошие воспоминания. Это прекрасный город. И сейчас держу связь с Чаянеком и Брылиным. Отличные парни.

— Можете сравнить Питер и Казань?

— Это два очень разных города. Но оба — красивые. Мне было лучше в Петербурге, потому что там есть отличная международная школа, куда ходили мои дети. В Казани в этом плане приходилось сложнее.

— Чего не хватает КХЛ, чтобы достичь уровня НХЛ?

— За океаном все очень отлажено и отрегулировано. Есть четкие правила, которые не меняются и одинаковы для всех. Нет такого, что одному клубу позволено одно, другому — другое. А в КХЛ дела обстоят именно так. Мне кажется, например, что к контрактам игроков надо всегда относиться с уважением. И на выездах желательно селиться в отелях одинакового уровня. Когда в Континентальной лиге к этому придут, тогда, возможно, и догонят НХЛ. Пока же здесь нет такой системы, как в Северной Америке.

— В финансовом плане в Минске вы явно потеряли по сравнению со СКА…

— Да, но это не страшно. Понятно, что есть клубы побогаче, есть поскромнее. Но я хотел перейти именно в “Динамо”. Знал, что здесь новая арена, команда хочет попасть в плей-офф…

— За НХЛ продолжаете следить?

— По мере возможности. В прошлом сезоне порадовался за “Филадельфию” — моя бывшая команда дошла до финала Кубка Стэнли. У них очень хорошая организация.

— Планируете вернуться в сборную США?


— Посмотрим. Меня, кстати, приглашали на последний чемпионат мира. Руководство национальной команды звонило Барри Смиту, он сообщил об этом мне, но я отказался. Дело в том, что после неудачного окончания сезона всем игрокам СКА пришлось остаться еще на полтора месяца в Санкт-Петербурге.

— В наказание, что ли?

— Вроде того. При этом мы ничего не делали, но и не могли никуда уехать. Меня это все так достало, что ни на какой чемпионат мира не хотелось. Думал об одном — скорее бы домой, к семье.

— Говорят, вратари — особая каста, они не такие, как все…

— Вот уж не знаю… По-моему, я абсолютно нормальный. А вообще разные есть, встречаются и чудаки. Например, Джефф Хэккетт, с которым я играл за “Филадельфию”. Действительно странный парень.

— Расскажите о своей семье. Правда, что ваша жена Келли тоже играет в хоккей?

— Раньше она и в самом деле выходила на лед, была нападающей в университетской команде. К женскому хоккею, кстати, отношусь вполне нормально. Хотя супругу в игре почти не довелось увидеть. Но моя девятилетняя дочка тоже начала заниматься хоккеем. Как и сын, которому пять.

— Читал, что ваше прозвище — Молчаливый Боб. Но вроде вы вполне разговорчивый…

— Просто в Филадельфии был один журналист, которого я терпеть не мог. Потому что он придурок. Всегда отказывал ему в интервью, и этот парень прозвал меня Молчаливым Бобом. Но вообще-то в НХЛ я известен как Чико.

— По-испански — “мальчик”…


— Да, вроде того. Но тут дело в другом. Когда я выступал за “Финикс”, на моей клюшке было написано “Р.Эш”. А в НХЛ был такой игрок, защищавший цвета “Филадельфии” и “Айлендерс” — Гленн “Чико” Рэш. Вот так это прозвище и прицепилось. Даже в России меня называли Чико.

— Чем увлекаетесь в свободное время?

— У меня есть ресторан в США. Еще играю на гитаре. Очень люблю свое фермерское хозяйство. Ну и, конечно, семья.

— Фамилия Эш звучит на немецкий лад…

— Да, некоторые мои предки — из Эльзас-Лотарингии. Сейчас это часть Франции, но раньше она принадлежала Германии. Еще у меня есть индейские и польские корни. Как-то ездил в Варшаву — очень понравилось! От Минска это далеко? Говорите, километров 500? Так, наверное, туда можно доехать часа за четыре на машине?

— Это вряд ли — придется задержаться на белорусско-польской границе…

— Ох, я об этом и не подумал. Но все равно хотелось бы в Польшу. Может, махнуть на самолете? В частности, в Краков — говорят, там красиво. Мои предки родом как раз из тех мест.

— Кроме хоккея, другими видами спорта увлекаетесь?

— Люблю американский футбол. А вот к соккеру душа не лежит. В Петербурге я так и не сходил на “Зенит”, хотя несколько раз собирался. Зато однажды мы с Немировски махнули в Барселону и решили посетить матч. Нам сказали, что лучший соккер — именно там. Не помню, с кем встречалась “Барселона”, но уже после первого тайма мы встали и ушли. Что это за игра такая — много беготни, и все без толку. Счет в итоге — 1:0 или 1:1… Нет, нам, североамериканцам, этого не понять! Как и вам, наверное, не понять прелести американского футбола…
-25%
-50%
-20%
-20%
-10%
-10%
-15%
-22%