Сергей Николаев, /

Канадец Байрон Ритчи — один из многочисленного легионерского десанта, рекрутированного минским “Динамо” летом 2009-го. Тогда, помнится, Глен Хэнлон обещал, что белорусские болельщики обязательно полюбят этого парня. Но и Хэнлон у руля динамовцев не задержался, и Ритчи, пропустив большую часть сезона из-за травмы, себя не проявил. Минувшим летом Байрон расстался с Минском, заключив контракт со шведским МоДо. Там у него дела быстро пошли в гору — сейчас заокеанский форвард с 39 (19+20) очками занимает третье место в списке бомбардиров элитсерии. На днях корреспондент “ПБ” позвонил старому знакомому.
 
— Байрон, как жизнь?
 
— Радует. В Швеции мне нравится. МоДо — отличная команда, я чувствую себя хорошо, проблем со здоровьем, слава Богу, нет. Организм не подводит.
 
— Вы занимаете третье место в списке бомбардиров шведской лиги. Чувствуется, набрали хорошую форму...
 
— Да, я доволен. Хотя можно, конечно, и лучше. Но если отбросить излишнюю скромность, то надо признать: игра у меня идет. Наверное, это один из наиболее удачных сезонов в карьере. Хотя и раньше были неплохие отрезки — в юниорском хоккее, АХЛ, Швейцарии.
 
— Год, проведенный в Минске, вы явно не можете занести себе в актив…
 
— Это уж точно. Хотя сам город мне понравился, семья чувствовала себя в Беларуси хорошо. Старший сын пошел в международную школу. Когда дети вырастут, то, поди, будут хвастаться перед друзьями тем, что провели год в Минске! Для них это круто. Мне в вашей стране в основном попадались симпатичные люди, как в команде, так и в обычной жизни. Так что есть и хорошие воспоминания. Но, безусловно, хотелось бы внести больший вклад в игру “Динамо”. Жаль, что не получилось.
 
— Помешала травма…
 
— Из-за нее я провел только 12 матчей на старте регулярного чемпионата. Потребовались три операции, чтобы выяснить, в чем проблема. Причем оказалось, что первое хирургическое вмешательство было сделано неправильно. Меня продолжали беспокоить боли, из-за которых даже не мог нормально кататься. Все это продолжалось где-то до марта, поэтому я и не мог играть до конца чемпионата. А летом пришлось хорошенько поработать — восстановительные упражнения и все такое. Но, как видите, есть результат! Играю, забиваю, чувствую себя хорошо.
 
— По мнению Вилле Пелтонена, выступить успешнее “Динамо” помешало плохое управление клубом…
 
— Вилле знает больше, чем я. Все-таки был капитаном, постоянно находился в центре событий. Пелтонен — очень честный парень, и ему можно верить. Если он так сказал, значит, так и было на самом деле. Плохой у нас получился сезон — разве с этим можно спорить? Слишком быстро уволили Хэнлона, а потом ушел и мистер Наумов. Мне, кстати, он очень нравился. Этот человек по-настоящему любит хоккей, да и ко мне относился замечательно. “Динамо” мешала нестабильность: уходили тренеры, менеджеры, некоторых игроков тоже выгоняли. Никто не чувствовал себя уверенно, и это сказывалось на атмосфере в раздевалке. В НХЛ такого негатива нет. Там игроки и тренеры не чувствуют такой угрозы потерять место в команде. Кстати, с Андриевским, сменившим Хэнлона, я вообще ни разу не разговаривал. Наверное, ему нечего было мне сказать.
 
— В общем, оставаться в Минске у вас желания не было?
 
— Сложно сказать. В клубе царила неразбериха. Мистер Белый — я правильно помню его фамилию? — был уволен. Затем пришел новый руководитель, которого, впрочем, тоже выгнали еще до начала нового сезона. Я даже не знаю, кто сейчас менеджер “Динамо”. Меня поначалу кто-то из начальства спрашивал, не хотелось ли бы мне остаться. Однако затем все заглохло, и я перебрался в МоДо.
 
— Сейчас с кем-то из партнеров по “Динамо” общаетесь?
 
— С Уэсткоттом. И еще с Платтом — правда, последние пару месяцев не контактировали. Помню, Джефф все хотел, чтобы я вернулся в Минск. Мечтал опять выйти со мной на лед. Знаю, что ваша команда и сейчас не блещет. Ее матчи я не смотрю, но результаты отслеживаю по интернету. Вроде как “Динамо” начало сезон прилично, однако затем снова возникли какие-то проблемы…
 
— Как думаете, динамовцы пробьются в плей-офф?
 
— О нет! Я, правда, не знаю точного турнирного расклада. Но вроде как до конца чемпионата осталось три матча, и у Минска тяжелый календарь. Верно? Так что, видимо, команда опять пролетит.
 
— Вместе с вами за МоДо выступает Ханну Пиккарайнен, начинавший сезон в “Динамо”. Он что-нибудь рассказывал о команде?
 
— Ему там абсолютно не понравилось. Парень чувствовал себя не в своей тарелке. А вот в МоДо он на своем месте. Играет хорошо, постоянно подключается к атакам. В общем, усилил состав по ходу сезона.
 
— А Даниэля Корсо вы знаете? Он начинал сезон в Швеции, в “Тимро”.
 
— Нет. Фамилию слышал, но не более того.
 
— Летом не было возможности продолжить карьеру в КХЛ?
 
— Со мной разговаривал тренер из Омска. Он хотел видеть меня в своей команде, но я решил, что после потерянного минского года надо сделать шаг назад. Восстановиться после травмы и просто получать удовольствие от хоккея. В Швеции мне это удается. Хотя зарплата здесь, конечно, ниже, чем в Минске. Во сколько раз — уточнять не буду, но платят в МоДо меньше. В шведском хоккее нет таких денег, как в КХЛ.
 
— Почему решили перебраться именно в Швецию?
 
— У меня ведь жена из этой страны. Вот и приехали на ее родину. К слову, я познакомился с ней, когда выступал за “Регле”. Был такой период в карьере. Мне нравится шведская жизнь. И хоккейная лига здесь приличного уровня.
 
— Но КХЛ сильнее?
 
— Наверное, да. МоДо было бы сложно тягаться с российскими грандами вроде дружин из Уфы или Казани. Но более слабые команды мы одолели бы!
 
— То есть МоДо сильнее минского “Динамо”?
 
— Ха, я этого не говорил! Сложно сравнить эти два клуба, потому что они играют в совсем разный хоккей. Так что трудно сказать, кто победил бы — моя нынешняя команда или бывшая.
 
— Чувствуете себя лидером МоДо?
 
— Не знаю. У нас есть и другие хорошие игроки. А вот североамериканцев больше нет. Но мне это проблем не создает. В Минске ребят из-за океана тоже было немного. Платт, Уэсткотт — кто еще?
 
— На что нацеливаетесь в чемпионате?
 
— Хотим завоевать золото. Думаю, у нас отличные шансы.
 
— Но сейчас вы идете на третьем месте с конца!
 
— Ну и что? Главное — попасть в плей-офф. В Швеции много команд примерно одного уровня. Битва за места в первой восьмерке продлится до последнего дня регулярного чемпионата. А мы хорошо усилились зимой, да и в игровом плане в последний месяц прибавили. Так что постараемся пробиться в плей-офф, а там уже возможно все. Надо всегда ставить перед собой максимальные задачи. Если не стремиться выигрывать, то зачем вообще выходить на лед?
 
— Читал, что вы стали первым игроком в истории чемпионата Швеции, дисквалифицированным на несколько игр за словесное оскорбление арбитра…
 
— Было дело. В ходе игры мне не понравилось, что судья сказал одному из моих партнеров. Поэтому после финальной сирены я произнес в адрес рефери пару нецензурных выражений. За это мне влепили двухматчевую дисквалификацию.
 
— Вы застали в МоДо Петера Форсберга?
 
— Он тренировался с нами, но не играл. Отличный парень, ну а какой он хоккеист, знают все. Когда Петер был моложе, то являлся одним из лучших игроков мира.
 
— Как в Эрншельдсвике восприняли его отъезд в “Колорадо”?
 
— Не то чтобы удивились — скорее расстроились. Мы-то надеялись, что в этом сезоне Форсберг еще выйдет на лед в составе МоДо, поможет нам на решающем отрезке сезона. Но ему представился шанс вернуться в НХЛ.
 
— А вы еще питаете надежды когда-нибудь вновь сыграть в сильнейшей лиге мира?
 
— Ох, вряд ли такое возможно. Мне уже скоро 34 года… Сейчас я веду переговоры о продлении контракта с МоДо. А что будет дальше — лучше не загадывать. Может, еще и в КХЛ поиграю.
 
— Помнится, вы говорили, что любите футбол. Интересуетесь им и в Швеции?
 
— Да, только не местным. Шведский соккер меня не вдохновляет. Другое дело — английская премьер-лига. Я по-прежнему являюсь страстным болельщиком “Манчестер Юнайтед”.
 
— Байрон, спасибо за беседу.
 
— Вам спасибо. Рад, что в Минске меня не забыли. А увидите Джеффа Платта, передайте ему от меня привет!

-20%
-25%
-45%
-35%
-15%
-10%