/ Фото: Андрей Кот /

Весной 2019 года в соцсетях можно было наткнуться на рекламу Владимира Волчкова, в которой он звал на свои вебинары и канал на YouTube. Как, для чего и какие планы у в прошлом известного теннисиста, а ныне тренера на YouTube? Мы долго договаривались о встрече и вот наконец заехали домой к Волчковым в Петрусовщину, где они и снимают блог. Владимиру помогает супруга Ольга. В этом проекте она одновременно и оператор, и монтажер, и сеошник.

«Сначала у нас был дилетантский подход. Первые видео сделаны просто на телефон»

До главного ютьюбера белорусского спорта Андрея Арямнова, олимпийского чемпиона по тяжелой атлетике, Владимиру Волчкову пока далеко. За два года на канал Арямнова подписалось свыше 6 тысяч человек, а лояльная Волчкову аудитория — это 290 человек.

На Voltchkov Channel регулярно что-то появляется с конца января 2019 года, и теперь здесь 24 видеоролика. Некоторые из них представляют собой нарезки с тренировок Владимира с молодежью в Национальной академии тенниса, другие — записи от первого лица о том, как выбрать тренера и какова роль психологии в теннисе.

— Давайте вспомним, сколько людей на постсоветском пространстве выступало на уровне, на котором был я, — предложил Владимир, объясняя приход на YouTube. — Я был третьим по юниорам, 25-м в профессиональном туре, сыграл полуфиналы на турнирах Большого шлема в одиночке и паре, несколько финалов на турнирах ATP. Тренировался полгода у Гюнтера Брезника, который подготовил Доминика Тима. Тренировался у Альберто Кастеллани, который вместе с Рафой Надалем организовали Всемирную профессиональную ассоциацию тренеров по теннису. Работал в академии в Валенсии вместе с Давидом Феррером и Маратом Сафиным. И куда этот экспириенс (или, если хотите, опыт побед в ситуациях, где я был аутсайдером) девать?

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

— Евгений Кафельников, Андрей Медведев, Макс Мирный, Марат Сафин, Андрей Чесноков, Михаил Южный, Игорь Андрееев, — Волчков перечисляет звезд тенниса бывшего соцлагеря из 90-х и 2000-х. — Сколько из них делятся накопленным опытом? Никто. Кто из них работал главным тренером в сборных? Никто. Андреев только-только стал капитаном в России. Южный вроде бы «прыгнул» на тур к Денису Шаповалову. А у меня, выходит, есть запас перед ними в десять лет. За это время я поработал личным тренером, капитаном команды и главным тренером нацкоманды. Я даже пару раз капитанил в Кубке Федерации.

— Когда?

— Когда Вика Азаренко начинала играть в туре. Дело было в Португалии. Выступили бесславно. Вике стало плохо, и она снялась.

— Как думаете, у кого больше подписчиков на YouTube: у вас или у Вики Азаренко?

— Конечно, у Вики! А как иначе? — удивился вопросу Владимир. А зря. На канале Victoria_Azarenka Offical Victoria Azarenka всего 164 подписчика. Обогнать Вику на YouTube, оказывается, не так-то трудно.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

Большую часть материалов для YouTube Волчковы снимают в загородном доме, который находится в деревне Петрусовщина Воложинского района. Нас поправляют: Петрусовщина — это экопоселение. Интересно, что сосед Волчковых тоже блогер — Владимир Чернушевич, автор канала «Дом на печи» с 70-ю тысячами подписчиков.

— Интернет здесь слабенький, — отмечает Ольга, супруга Владимира. Она «прокачала» аккаунт Национальной академии тенниса в Instagram практически с нуля до узнаваемости в Нью-Йорке и Париже, а затем в академии ее попросили вернуть доступ управлением страницей. — Короткое видео в Instagram еще можно выложить в сети, а вот вести трансляции — нет. Поэтому на время вебинаров мы арендуем помещение в Минске с хорошим интернетом.

— На какую технику вы пишете Владимира?

— Сначала у нас был дилетантский подход. Первые видео сделаны просто на телефон. Потом поняла, что, если снимать долго на мой iPhone X, лучше прикрепить его к чему-нибудь, так как руки трясутся. Вычитала, что для этого есть штативы. Так я в первый раз пришла к ребятам на «Ждановичах».

Наш первый вебинар прошел без микрофона, но за перечисленные деньги мы купили микрофон-пушку, петлю, удобную подставку, подсветку. Все — на Ждановичах. Монтирую видео я в iMovie и непосредственно на телефоне. Может быть, скоро встанет необходимость научиться монтировать профессионально. Либо мы наймем профессионала.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

Владимир и Ольга воспитывают двух мальчишек и дочь. 8-летний Родион занимается теннисом второй год, младшие дети — Даринка и Дамир — ходят в садик. Ребята активные, шумные.

— Поэтому мы записываем блог либо ночью, либо во время дневного сна у детей, — делится секретом Ольга. — Дамир, кстати, родившийся в один день с сыном Вики Азаренко, разумеется, спит днем. Старшим детям включаем мультик. Ну, а как иначе? К счастью, они понимают, что мы делаем на YouTube. Восьмилетний Родион как-то сказал: «Мама, чё у вас так мало подписчиков?» — «Родион, наверное, видео, как кто-то лопает шарики на заводе, интереснее темы „Психология теннисиста“». Понимаем, что не работаем на большую аудиторию.

— Подожди, ты же не знаешь, чем это закончится! — поправляет жену Владимир. —  Возможности, которые дают современные технологии, — это так круто! Обалдеть! Мне, человеку из тенниса, приятно быть частью глобального развития.

«Хочется, чтобы к моим 50 годам пришел ровный „материал“»

В русскоязычном сегменте есть два больших канала про теннис. Это Eurosport Россия (9,33 тыс. подписчиков), который посвящен выступлению игроков на топ-турнирах, и «Секреты Тенниса» (20,3 тыс. подписчиков), где значительная часть контента для занимающихся дается на английском языке с субтитрами.

То есть при должном отношении к делу и с учетом силы фамилии Волчкова он мог бы относительно быстро занять нишу.

— Мы заказывали аналитику, чтобы понять, что именно американцы рассказывают своим подписчикам о теннисе. Нам посоветовали два блога, — рассказывает Ольга. — Говорят, что для YouTube стоит записывать что-то очень простое: как выполнить подачу или пробить с лета. Вопрос в том, как это сделать при ограниченном временном ресурсе Владимира. Надо ли ему собирать максимально возможную аудиторию любителей тенниса или сконцентрироваться на тех, кто видит себя в профессии.

— Хочется, чтобы канал стал коммерческим проектом, а по видеоряду — прийти к тому, чтобы иллюстрировать текст выступления, и он не должен быть слишком умным, — обрисовал планы Волчков. — Ну и чтобы к моим 50 годам пришел ровный «материал». С уважением отношусь к Илье Ивашко и Егору Герасимову, но…

— Даже у Арины Соболенко есть проблемы из детства — передвижения по корту. Что если вам позвать в блог Арину и поговорить об этом?

— Отличная идея, — посчитала Ольга.

— Это можно сделать когда-нибудь, но Арина уже на таких высотах, что это, видимо, нереально, — уверен Владимир. — Боюсь, что такой заход не сработает. Есть определенная предвзятость… Если станем колупаться в этой теме, конструктива не будет.

— Объясните коротко.

— В отношения между тренерами и спортсменами залезли большие деньги, большие люди и статусы, которые, блин, ломают тонкие грани, когда люди понимают друг друга с полуслова. В мире, где каждый хочет сказать: «Это я сделал все это», очень трудно работать в команде. В теннисе все именно так. А там, где рулит интеллект, выходит иначе, и World of Tanks тому подтверждение.

«Всегда можно сказать: „Я сделал все, что мог. Соперник был сильнее“. И это примут»

Для Волчкова YouTube-канал — это «территория смыслов» в мире без планов и отчетов для Белорусской теннисной федерации и Минспорта. А также — инструмент борьбы с тренерами, которые доводят до спорта высших достижений не готовых спортсменов, обученных и физически крепких, а полуфабрикат. На это Владимир не раз указывал как председатель тренерского совета федерации тенниса.

— В современном теннисе если ты все еще думаешь, как подготовить игрока, то ты уже все проср… л, — откровенен Волчков. — Все более-менее толковые федерации и академии знают, что делать, и занимаются скаутингом юниоров. Отобрав спортсмена в 15 лет и окунув его в правильную среду, совсем скоро ты сможешь рассчитывать на контракт для него с Nike на 50 млн долларов. А если у тебя в распоряжении не талантливый юниор, а способный, то каждый год на протяжении примерно пяти лет тебе необходимо вкладывать в него 200 тыс. долларов.

На видео ниже Владимир разговаривает с Вячеславом Кониковым, своим первым тренером и бывшим тренером Виктории Азаренко.

В условиях Беларуси, где нет большого выбора игроков, как в академии IMG у Ника Боллетьери, цена ошибки высока. Пока в нашем теннисе ситуация выглядит так: есть тренер на большой зарплате, который подчищает за наставниками, работающими за маленькие деньги. Они завалили подготовку спортсменов, и ты исправляешь косяки, чтобы дать людям немножко поиграть на мировом уровне. На тренерском совете при федерации мы не раз говорили об этом. Поверьте, я за словом в карман не лезу, и друзей у меня там осталось немного.

— Вы могли бы передавать опыт бесплатно как один из руководителей в нашем теннисе, но вебинары платные. В чем дело?

— Я передаю опыт ученикам в рамках своей работы. А той информацией, которую даю на YouTube и вебинарах, стараюсь повлиять не на тренеров — это же почти невозможно, так как они увлечены заработками, — а на родителей. Пускай они послушают, а потом зададут правильные вопросы тренерам.

Например, такой: «Зачем ты учишь моего болвана удару справа, когда он в ногах заплетается? Он восьмерку бегать не научился, а ты ему ставишь подачу!» Или: почему у нас детей учат технике игры с лета в 10 лет, если это так важно! Ребенку скидывают короткий мяч, он по нему играет, а потом бежит обратно на заднюю линию. Где логика? Если на старте делать шаги в неверном направлении, игрок будет отдаляться от цели. Нужно сразу ребят ставить «на рельсы» в сторону топов, чтобы не петлять и не тратить время и ресурсы.

— То, что дается даром, часто не ценится, поэтому, да, наши вебинары платные, поясняет Ольга. — Стоимость — всего 30 долларов. Индивидуальное занятие у обычного тренера — это 30 рублей. То есть наш двухчасовой вебинар стоит как две часовых тренировки в теннисе.

Есть информация, которую Владимир дает бесплатно, чтобы люди понимали его философию, оценили его знания. А есть статистика, которую он собирает годами. Что-то он платит Tennis ComStat, и один заказ по деньгам будет как десять наших вебинаров.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

В частности, Волчков заказывал разбор матча четвертого круга на открытом чемпионате Австралии, в котором Стефанос Циципас обыграл 20-кратного победителя турниров серии Большого шлема Роджера Федерера в четырех сетах.

— Посмотрел матч как зритель и хотел понять нюансы, увидеть картину в цифрах, — признается Владимир. — Был всего один момент, который сделал разницу в счете в пользу Циципаса.

Роджер ожидал, что в ключевые моменты при счете ровно грек будет мягчить или по-другому наложит в штаны, так что останется лишь перебить мяч четыре раза на его сторону. Но Циципас рисковал, попадал и выиграл семьдесят пять процентов мячей, начиная со счета 30:30, атаковал чуть ли не с первого удара. Тогда я сказал Оле, что в следующий раз, когда Циципас и Федерер сыграют друг с другом, Федерер не допустит эту тактическую ошибку и в решающие розыгрыши приберет инициативу к своим рукам. Именно это мы и увидели в финале турнира в Дубае, где победил Федерер — 6:4, 6:4.

Потом я сидел на «Ролан Гаррос» на лаунж-трибуне, а надо мной разместились Роджер с Иваном Любичичем, и они обсуждали до процента, куда и в какой ситуации будут сыгрывать в матче. И вот вопрос: почему мне это интересно, а нашим тренерам и спортсменам — нет. Не хотят пользоваться аналитическими выкладками. Говорят, что будут играть от себя, а на самом деле их пугает, что тактические маневры сопряжены с риском и требуют выхода из зоны комфорта. Ведь если не заморачиваться и проиграть, то всегда можно сказать: «Я сделал все, что мог. Соперник был сильнее». И это примут.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

Сайт открытого чемпионата США по теннису предлагает урезанный вариант статистики, но даже он дает представление о том, почему Арина Соболенко в паре с Элис Мертенс обыграла Викторию Азаренко и Эшли Барти в финале парного разряда на US Open. У Вики и Эшли было восемь брейк-пойнтов и лишь два стали брейками. Арина и Элис, помимо шести отыгранных брейк-пойнтов, выдали стопроцентную реализацию брейк-пойнтов на приеме — 4 из 4. То есть в решающий моменты они рисковали и действовали эффективнее соперниц.

— А теперь дальше разиваем мысль, — предлагает Волчков. — А может быть такое, что тренер Соболенко или Мертенс — грамотный такой чувак, и он знает, куда будет подавать Азаренко или Барти в сложной ситуации?

Помню, еще при Александре Васильевиче (Шакутине, бывшем председателе Белорусской теннисной федерации. — Прим. TUT.BY) мы, изучая соперников сборной в Кубке Федерации, получали паттерн их действий на основе анализа пяти напряженных матчей в похожих условиях. Но это узко, подумал я. Почему бы не взять топовых игроков, а вернее, по семь их поединков на турнирах Большого шлема, чтобы понять, что сегодня нужно сделать, чтобы стать номером один в женском туре?

Тогда при Сергее Семеновиче (Тетерине, нынешнем главе федерации тенниса. — Прим. TUT.BY) мы обратились к матчам Марии Шараповой, Виктории Азаренко, Серены Уильямс и, по-моему, Петры Квитовой. По выкладке из 28 поединков поняли, сколько нужно выполнить подач за игру, какой силы, какая длина у розыгрышей, сколько требуется ударов с форхенда и бэкхенда. Оставалось измерить показатели имеющихся у нас игроков и построить тренировку так, чтобы преодолеть дистанцию от А до В. Ну это же просто как божий день!

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

— Показал наш анализ Александру Васильевичу, — продолжает Волчков. — Он сказал: «Круто». Мы обсудили материалы на тренерском совете, однако за полтора года работающие с лучшими юниорками страны тренеры вообще никакого интереса не проявили. Кому и что здесь надо, не пойму.

Не хотите идти ко мне, ну так зайдите в федерацию — запросите материалы. Или сходите в РНПЦ спорта, где собраны гениальные люди. Если сам не понимаешь, позвони Анатолию Ивановичу Бадуеву (начальник аналитического отдела подготовки национальных и сборных команд. — Прим. TUT.BY) — поможет. Мы реально способны работать на фантастическом уровне, но, кажется, единомышленников у меня нет. А ведь так хочется, чтобы путь к успеху у наших игроков был короче, чем есть сегодня.

«На Уимблдоне мне поступило предложение от игрока мирового уровня. Топ-100? Берите выше»

Ольга и Владимир не знают, кто такой Влад Бумага. А ведь недавно самый успешный белорусский блогер стал обладателем «бриллиантовой кнопки» YouTube. Кого же тогда они смотрят на YouTube? Александр Глеб, например, подписан едва ли не на всех блогеров-рыбаков.

— Вы будете смеяться, но я смотрю «все по столярке»! — говорит Владимир. — Мне так нравится видеть, как из ничего появлется что-то красивое, как в блоге японца ISHITANI. Особенно впечатляет, когда изделия получаются без единого металлического соединения. Есть еще такой дядька — Voxa 54. Он из подручных средств делает мебель с претензией «на Италию». Я тоже что-то делаю руками. Например, лавку в беседке или комод в доме. Думаю, что это мое хобби станет основным занятием на пенсии.

— Про белорусских спортсменов тоже иногда говорят: «Они будто деревянные».

— А вот как готовят, так и получается. Бывает, берешь парня в 22−23 года, а это Буратино, только без носа. Еще недавно смотрел на ситуацию и думал: да я тут горы сверну! Любого подготовлю! А потом из года в год бился лбом о действительность — раз, второй раз, третий. Понял, что нет, не выходит.

А ведь так хочется решать серьезные задачи с нашей молодежью и обыгрывать игроков из топ-10 на турнирах серии Большого шлема. Нет нужного мастерства, так хоть за счет хитрости при приемлемом уровне техники.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY
Значительная часть видеоуроков Волчкова записана в этом кресле. Рядом стоит комод, который Владимир сделал своими руками.

— К чему вы клоните? Хотите работать с топ-игроками, а не только заниматься подготовкой резерва?

— И я буду с ними работать. Работал и раньше, как в случае с двухлетним опытом в команде Марии Шараповой. В тот период она поднялась с 18-го места в рейтинге Женской теннисной ассоциации на первую строчку. За это время выиграла два турнира Большого шлема, медаль Олимпийских игр и финал итогового турнира. Это у меня никто не заберет. В первый год работы с Шараповой я провел в пути 37 недель, а жена осталась с шестимесячным Родионом на руках. На второй год я отсутствовал дома 35 недель.

Когда Александр Васильевич предложил мне поработать на белорусский теннис с достойными условиями труда, я с радостью согласился. Увидел в этом возможность. С тех пор лично под моим руководством Александра Саснович с 135-го места поднялась на 89-ю строчку. При мне Александр Бурый и Сергей Бетов стали 68-й и 63-й ракетками мира в парном разряде. Илья Ивашко с 370-й позиции продвинулся на 153-ю, причем прошел в основную сетку US Open. После травмы в 2017-м ко мне пришел Егор Герасимов и попросил работать с ним. Потом пришел Илья, а я ему: «Извини, Егор попросил быть его тренером на два дня раньше. Я честен перед тобой. Не могу». — «Мне, кроме вас, никто здесь помочь не может. Поеду в Испанию», — ответил Илья. Видимо, это было правильно. Герасимов же под моим руководством в 2017-м всего за пять месяцев поднялся с 480-го места на 121-е. За это время он выиграл 42 из 55 матчей.

Часто к тренеру приходит спортсмен со словами: «Слушай, помоги! Только ты мне можешь помочь!». Хорошо, договорились об условиях сотрудничества. Я сейчас даже не про деньги говорю, а о том, что необходимо сделать для достижения результата. И вот работа идет, наблюдается рост, появляются первые деньги, признание и слава. Потом спортсмен начинает диктовать: «Нет, мы это делаем неправильно. Надо по-другому». Влияние на тренировочный процесс начинает оказывать окружение игрока: жены, любовники, родители, друзья. Потом ты говоришь: «Я был 25-й ракеткой мира, имея одну четвертую ресурса, который есть у тебя. Если ты нормальный человек, постарайся повторить то, что сделал твой тренер, а потом скажешь: „Тренер, я уже 24-я ракетка мира. И знаешь, ты уже ничему научить меня не можешь. Более того, из уважения к тебе я переработал с тобой год“». Допустимая ситуация, хотя ни Риккардо Пьятти, ни Петер Лундгрен, которые работали с первыми ракетками мира, таких высот не добивались.

Я понимаю, что делаю и чего хочу. Практически со всеми дал результат и продолжаю его давать. Александр Згировский на недавнем юниорском US Open стал первым белорусом, сыгравшим в финале парного разряда. Есть ли предпосылки к тому, чтобы парень продолжал играть? Безусловно. Работая с молодежью, стараюсь заложить им качественный фундамент.

Не буду скрывать: на Уимблдоне мне поступило предложение от игрока мирового уровня.

— Топ-100?

— Берите выше. Это одно из самых громких имен.

— Ну скажите уже!

— Нет. Я обозначил свои условия, но стороне игрока показалось, что слишком много пришлось бы менять.

Фото: Андрей Кот, TUT.BY

Через паузу на третьем часу общения Владимир сделал неожиданное заявление:

— Скоро, чувствую, у меня будет больше свободного времени [для YouTube]. Мои суждения часто задевают людей при власти и так далее. Тучи надо мной сгущаются, но, надеюсь, еще буду полезен белорусскому теннису.

-10%
-10%
-51%
-20%
-58%
-10%