/ /

В уходящем теннисном сезоне Арина Соболенко выиграла два одиночных титула и три парных и провела около полугода в топ-10 мирового рейтинга. Арина рассчитывала на большее: переживала, теряла уверенность в себе и снова находила ее. В интервью журналисту SPORT.TUT.ВY Юрию Михалевичу тренер девушки Дмитрий Турсунов рассказал об их эмоциональных сообщениях в Instagram в августе и сентябре, ссорах и принципиально новом видении своей роли, о матче Арины с Викой Азаренко, а также — о супруге и рождении дочери.

«Мы ругались. Я читал нотации Арине. Вероятно, перегнул палку»

— В августе в Нью-Йорке между вами и Ариной произошло что-то, что послужило поводом для расставания. Расскажите, кто и как вас помирил?

— Да, мы с Ариной поругались. Она хотела взять паузу. Вроде бы пришли к пониманию, что работа «стопорнулась». Попросту не идет. Я несколько раз переспросил Арину. Она сказала: «Да, давай остановимся». После этого опубликовал в Instagram пост c благодарностью за проведенное с Ариной время (это случилось 30 августа, а 31 августа Арина поблагодарила Дмитрия в ответ. — Прим. TUT.BY). Таким было мое первое сообщение в Instagram практически за год. Как-то нужно было сделать официальное заявление. Не буду же я звонить журналистам: «Эй, возьмите у меня интервью…»

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

На следующий день мы говорили с Александром Шакутиным (бывший глава Белорусской теннисной федерации. — Прим.TUT.BY) по телефону. Он поделился мнением о нашей ситуации как человек со стороны. Я привел какие-то доводы. Это не было так, что я хотел бросить Арину посреди сезона. Несколько раз получил подтверждение от нее, что больше работать не будем, так что свой пост опубликовал без задней мысли.

Многое, конечно, было сказано нами на эмоциях. Свои — мне понятны, а вот чужие… Честно говоря, бывает сложно отличить, где эмоции человека, а где его решение. Если говорят «нет», я принимаю это. Не хочу навязываться.

— В чем была причина расставания: в неудовлетворенности результатами или в ссорах?

— На фоне результатов и ссорились. Есть вещи, которые, на мой взгляд, нужно менять. Может, я неправ, но таково мое мнение. И если меня нанимают на работу в качестве тренера и я несу ответственность за результат, то, считаю, мое мнение должно быть учтено. В противном случае зачем я нужен?

Теннис сильно отличается от других видов спорта типом взаимоотношений игрока и тренера. В хоккее наставник может не поставить игрока в состав, а в теннисе игроки увольняют тренеров. Часто из-за несогласованности. Но тренер — это в любом случае критик. Он будет говорить то, что игроку не хочется слышать, будет помогать ему менять устоявшиеся взгляды.

— Так что же произошло между вами?

— Мы ругались. Я читал нотации Арине. Проговаривал вещи, которые, на мой взгляд, мы должны были менять с начала года. Высказывал ей претензии и оставался неуслышанным. Мои слова воспринимались Ариной неправильно — как личное оскорбление. Но, послушайте, когда доктор говорит, что у вас есть лишний вес, это ведь оценка специалиста. И он не сказал, что вы — жирная корова или свинья… Наши стычки приводили к разладу в отношениях.

Вероятно, я перегнул палку. Профессиональный спорт живет на стыке невозможного и предела возможностей. Есть риск переусердствовать, но если быть лучшим было бы легко, то тогда рейтинг выдавался бы за участие, а не за победу.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

«От меня идет меньше инициатив. Прошло то время, когда Арину нужно было кормить с ложки»

— В первый раз вы взяли паузу в мае на турнире в Риме, куда Арина отправилась без вас.

— На самом деле я был в Риме. По ходу поездки некуда было деваться. Но, да, не тренировал Арину.

Ссоры возникали из-за мелочей. По крайней мере в ее понимании. Во многих вещах я зануда, так что придираюсь. Просто уверен, что маленькая дырочка в трюме может затопить корабль. И вот как донести свою мысль игроку, чтобы он отнесся к ней со всей серьезностью? Грубо говоря, я настаиваю на изменении в подаче или игре с лета, а она полагает, что и так нормально. Вот пример повода для ссоры. У меня короткий фитиль. Начинаю закипать, когда понимаю, что некоторые проблемы можно предотвратить.

— Вы посылали друг друга?

— Бывало и такое. Нет учебника, который бы описал, как правильно тренировать спортсмена. Путем проб и ошибок находишь границы, переступать которые не стоит. Она упрямая. Считает, что я ее не понимаю. Мне так видится. А я ведь тоже упрямый.

— По-моему, ваш опыт игрока — это то, что Арина ценит.

— Иногда ценит, а иногда закатывает глаза: «Отстань. Не лезь». Много эмоций. Связаны они с давлением за результат. Арине хочется везде хорошо выступать. Когда не получается, хочется найти виноватого. Взять вину на себя — самое сложное. Кажется, Арина осознала это по ходу сезона.

— Как прошло примирение?

— Как я уже говорил, мне позвонил Александр Шакутин, посоветовал не торопиться. Сказал ему, что решение остановиться продиктовано желанием Арины. Согласился с ней, хотя, на мой взгляд, были и другие варианты.

Потом Александр Васильевич поговорил с Ариной. Она связалась со мной: «Поехали на корт. Там разберемся». На тот момент Арина оставалась в борьбе за парный титул на US Open. Сказал ей: «Арина, не буду тебя грузить. Играй как играешь. Я рядом. Если возникнет вопрос, задавай. Сам не буду никуда лезть».

— Ваши коучинги после возвращения в команду Арины стали сдержанными.

— Да. От меня идет меньше инициатив. Прошло то время, когда Арину нужно было кормить с ложки. Она должна задавать вопросы и брать ответственность за свой теннис.

— Не выглядит ли такая позиция тренера пассивной? Вам как, удобно?

— В данном случае это лучший выход. Пускай Арина допустит лишнюю ошибку, но сама придет к выводу, компетентна ли она в какой-то части работы или нет и нужно ли довериться мне или лучше сделать по-своему. Если она будет уверена в своей правоте, это даст ей ощущение спокойствия. Я же всегда открыт для общения.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Арина Соболенко и премьер-министр Беларуси Сергей Румас. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

— Когда вы вновь сошлись, проговаривали ли дополнительные условия?

— Нет.

— В начале октября Арина сыграла с премьер-министром Беларуси Сергеем Румасом и рассказала нам, что в следующий сезон пойдет вместе с вами.

— Это мы тоже не обсуждали. Просто продолжаем работать. Единственная причина, по которой я могу прийти к мысли о расставании с Ариной, — понимание, что то, что делаем, не работает. В конце августа было такое ощущение… Наступали из раза в раз на одни и те же грабли. Я, конечно, мог просто получать зарплату и не открывать рот. Но такой подход в долгосрочной перспективе не приведет к чему-то хорошему.

«Элиз может притормозить Арину, успокоить. Арина же в напряженных моментах готова „стереть“ соперниц с корта»

— В августе, а потом и сентябре Арине необходимо было защитить много очков. Как бы вы охарактеризовали это время?

— Ж… па на сковородке. Некуда было отступать. Думаю, что успех в Ухане убедил Арину, что ее игра никуда не делась и что она двигается в правильном направлении. Хотя у нее имелись сомнения.

Как Арина справилась с защитой очков в августе-сентябре

Месяц Очки в 2018 году Очки в 2019 году
Август

105 (Монреаль)
350 (Цинциннати)
470 (Нью-Хейвен)
240 (US Open)

Минус 684 к августу 2018 года

Сентябрь 1 (Квебек)
900 (Ухань)
215 (Пекин)
Минус 106 к сентябрю 2018 года

— Что вы видите причиной давления Арины на саму себя? Возможно, победы Наоми Осаки, а теперь еще и Бьянки Андрееску на турнирах «Большого шлема»?

— Можем в этот список добавить и Коко Гауфф, которая в пятнадцать лет выиграла турнир в Линце. У всех своя дорога… Игроки, конечно, смотрят на победы конкурентов и массу других вещей, которые не контролируют.

Та же Андрееску, возможно, чуть раньше Арины проделала работу, которая позволила ей выиграть US Open. Да, она меньше критикует себя по ходу матчей, когда ошибается. Она не пытается забивать мяч в «девятку», а держит мяч чуть дольше в розыгрыше, дожидаясь удобного варианта забить. Но Арине точно не стоит моделировать свою игру, примеряя чужие стили. Точно так же и Андрееску никогда не сможет пробивать с той силой, с какой бьет Арина. Но! В некоторых ситуациях не надо бить со всей силы, о чем я Арине не раз говорил.

— В Ухане, например, она выполняла прекрасные укороченные удары.

— Да. В целом она хорошо подавала, что, думаю, пришло с уверенностью в себе. Ее Арина обрела на фоне положительных эмоций после титула в паре на US Open, где провела несколько матчей под давлением. В Ухане она сыграла очень активно, притом что на протяжении сезона мы нередко наблюдали, как она сомневалась в себе.

Если хочешь быть в топ-10, нужно привыкать к давлению. Мы в команде сейчас шутим о том, что, видимо, Данила Медведев (четвертая ракетка мира у мужчин. — Прим.TUT.BY) не знаком с системой начисления очков и подтверждением рейтинга. В следующем году ему придется защищать много очков, и, наверное, он не совсем соображает, что делает, выигрывая один турнир за другим.

— А шутка в том, что ему следовало бы остановиться?

— Ну да. Сколько бы игроки ни говорили, что не думают о необходимости подтверждать очки, — они лукавят. Игрок отдает себе в этом отчет. Понимает, что вся страна и даже президент может смотреть его матч и вместе с тем высказать недовольство. Давление — это привилегия чемпиона. Справляясь с ним, ты становишься сильнее.

Фото: Reuters
Элиз Мертенс и Арина Соболенко празднуют победу на US Open-2019 в парном разряде. Фото: Reuters

— Вместе с бельгийкой Элиз Мертенс Арина в этом году выиграла три крупных турнира — в Индиан-Уэллсе и Майами, а также US Open. Правда ли, что это вы подыскали Арине партнера?

— В начале сезона мы созвонились с бывшим тренером Элиз Дэвидом Тэйлором и говорили о возможности для Арины и Элиз играть в паре. Так оно и получилось.

С Ариной также хотела играть американка Бетани Маттек-Сандс (пятикратная победительница турниров «Большого шлема» в парном разряде. — Прим.TUT.BY). Я долго общался с ее мужем. Не договорились ввиду того, что если Арина далеко заходит по турнирной сетке в одиночке, она может отказаться от выступления в паре. Бетани такой вариант не подошел, так как она парница.

— Складывается впечатление, что Арина и Элиз играют не в парный теннис, а как две одиночницы.

— Связки и комбинации есть у тех девочек, которые тренируются в паре. У Арины и Элиз такого нет. Получается, что они разбираются на месте, кто и что делает. Это укладывается в их договоренность о том, что приоритетом является игра в одиночке. А то, что девушки лидируют в чемпионской гонке в парном разряде, скорее приятная неожиданность, нежели закономерность. Да, они хорошо отыграли, набрали много очков. Но такой задачи перед ними не стояло.

— Кто лидер в этой паре? В финале US Open Арина часто сражалась в розыгрышах с двумя соперницами — Викой Азаренко и Эшли Барти.

— В Майами много матчей вытащила Элиз, а на US Open в последних трех поединках солировала Арина. Проблема Арины и Элиз в том, что, когда проваливается одна, вторая проваливается с ней вместо того, чтобы подтащить. А что касается их стилей игры, то они дополняют друг друга. Арина показывает агрессивный теннис. Элиз — стабильный игрок. Может притормозить Арину, успокоить. Арина, в свою очередь, в напряженных моментах готова «стереть» соперниц с корта.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Арина Соболенко и капитан женской сборной Беларуси по теннису Татьяна Пучек

Понимание игры Ариной выросло за этот сезон. Может быть, оно пока не нашло подтверждения в результатах на турнирах «Большого шлема». Арина не выиграла «Шлем» в одиночке, который, если слушать многих «специалистов», нужно выиграть, чтобы жизнь удалась.

Думаю, ей потребуется еще какое-то время, чтобы понять, что иногда не нужно делать что-либо экстраординарное в розыгрыше. Иногда стоит просто перебить мяч на ту сторону: пусть соперница психует от того, что должна что-то предпринять. В игре на грунте часто требуется именно это.

Не знаю, как Арина восприняла результаты в грунтовой части сезона (без побед на турнирах серии «Премьер» и выше. — Прим.TUT.BY). Во многих матчах были проблески. Я верю, что она может хорошо играть на грунте. Для этого следует научиться правильно двигаться, быть терпеливой. Это последняя стадия становления Арины в качестве игрока, готового выиграть «Шлем».

«Говорил Арине, что ей как будто по барабану, если мы сегодня-завтра сдохнем»

— Про становление Арины. В этот период она имела мало поддержки. В 13 лет настояла, чтобы отец не лез в ее карьеру. Тренеры не верили в ее стиль, а среди немногих, кто видел в ней перспективу, был Шакутин. В вас Арина также получила поддержку.

— То, что вы говорите про ее взаимотношения с отцом, возможно, привело к тому, что Арина по жизни принимает решения сама. Часто неправильные. Но само качество хорошее, ведь многие люди сталкиваются с трудностями, когда необходимо что-либо решать. Надеюсь, что у Арины будет много правильных решений, и наша работа — учить ее на своих ошибках.

— Что скажете про текст сообщения в Instagram, в котором Арина дала понять, что хочет продолжить работу с вами?

— Ой, и не начинайте! Так вышло на фоне новости о том, что Джейсон Стейси (тренер Арины по физподготовке. — Прим.TUT.BY) в Нью-Йорке был госпитализирован… А до того я говорил Арине, что ей как будто по барабану, если мы сегодня-завтра сдохнем.

Мы не понимали, что происходит с Джейсоном. Его забрала неотложка. Что будет с его здоровьем — вот что нас волновало. Арина приехала в больницу после парного матча на US Open. Спросила: «Насколько все серьезно?» — «Не знаю. Если „отъедет“, то серьезно». Она испугалась. Незадолго до этого у американской теннисистки Аманды Анисимовой умер отец, о чем она мне написала…

Тот пост Арины был выражением накопленных эмоций с не очень хорошей орфографией. Когда увидел, подумал: «Ого! Сейчас начнется». Говорил же ей, что нужно учить английский, чтобы ее слова нельзя было прочесть двояко. Особенно в сообщениях, которые она публикует в 23.45. Может, не совсем обдуманный, но смелый поступок Арины. Я оценил. Сам бы никогда не сделал такого признания публично. Не хватило бы смелости.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— Что с Джейсоном?

— До сих пор не знаем. Он улетел из Нью-Йорка в Австралию, где живет постоянно. Должен был присоединиться в нам в Китае, но не приехал. Проходит медобследование. Работа в женском туре нервная.

— Вы записались на прием к врачу?

— Мне уже не помогут (смеется).

«Когда дочь подрастет, можно будет ездить на турниры всем табором»

— Недавно вы стали отцом.

— Да, это случилось 21 августа. Я был в момент появления малышки Агнессы. Роды прошли в Калифорнии. Потом стартовал открытый чемпионат США. Не хотелось пропускать его, так что вскоре после рождения дочери отправился в Нью-Йорк.

— То есть местом постоянного проживания для вас является Калифорния?

— Нет, Москва. Просто хотели, чтобы ребенок провел первые месяцы жизни в теплом климате, а не так, чтобы уже через несколько недель, с наступлением зимы в Москве, когда люди болеют гриппом, все равно уехать в США.

Фото из семейного архива Дмитрия Турсунова
Дмитрий Турсунов с супругой Адель и дочерью Агнессой. Фото из семейного архива Дмитрия Турсунова

— Адель — ваша супруга или девушка?

— Супруга.

— Она из мира тенниса?

— Слава Богу, нет! Я и без того в теннис погружен с головой, а если бы еще и личная жизнь была завязана на игре, думаю, было бы тяжело. Она не имеет ничего общего с теннисом и не хочет иметь. Даже не знаю, будет ли наш ребенок играть в теннис.

Мне кажется, многие спортсмены переживают из-за того, любят ли их за успехи или личные качества. У меня, к счастью, такой проблемы нет.

— Сколько лет вы вместе?

— Я не считаю дни. Наверное, лет шесть. Но вы лучше не пишите, потому что иначе мне влетит!

— Вы немногим младше Максима Мирного — на шесть лет. Макс — многодетный отец, у него четверо. Для вас Агнесса — долгожданный ребенок?

— Да, и я переживаю из-за того, что не нахожусь рядом с малышкой. Когда ты становишься родителем, хочешь быть рядом с ребенком, чтобы наблюдать, как он растет и меняется. Из-за работы у меня нет такой возможности. И, честно говоря, мечтал, чтобы ребенок родился в момент, когда у меня все в жизни устаканится.

В двенадцать лет я уехал в Штаты, и за следующие девять лет мама видела меня от силы три недели. Будучи профессиональным игроком, я практически никогда не бывал дома. Когда завершил карьеру теннисиста, очень быстро стал тренером, а ведь рассчитывал больше времени проводить с родными именно в Москве. Там, увы, не смог найти ничего интересного для себя. А то, чем я занимаюсь сейчас, мне нравится. Работа тренера в туре сопряжена с поездками, так что, да, своего ребенка вижу по Skype и WhatsApp. По-другому пока не получается.

Брать грудного ребенка с собой в поездки и жертвовать здоровьем малышки только ради того, чтобы я мог получать удовольствие, не имеет смысла. Лучше я буду мучиться, чем она. Для Агнессы сейчас самое важное — любовь и забота мамы, а потребность во внимании отца возникнет чуть позже. Когда подрастет, можно будет ездить на турниры всем табором.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— Бельгийский тренер Вим Фиссет до приглашения в команду Виктории Азаренко считал, что «невозможно сочетать командировки практикующего тренера с отцовством». Вика его переубедила.

— Когда игрок зрелый, можно говорить о меньшем участии тренера в его подготовке, так как нет необходимости корректировать что-либо в его игре каждый божий день. Серена Уильямс, Роджер Федерер и другие игроки, бывает, приезжают на турниры без тренеров. Они хорошо понимают себя, свое тело. В случае Арины нужно держать руку на пульсе, так как в ее возрасте не всегда есть понимание связи между источником проблемы и следствием, что создает накаленную обстановку, когда что-то не получается.

Давно хотелось, чтобы Арина попробовала отыграть турнир самостоятельно. В силу нескольких причин это случилось в период между US Open и турниром в Ухане, когда у меня было порядка десяти дней отдыха. В это время Арина могла разложить по полочкам все то, над чем мы работали. Сама решала, как будет тренироваться.

«За Арину держат кулачки многие бывшие игроки и тоже недоумевают после промахов: „Ну зачем она так сильно била?!“»

— На US Open-2019 Арина Соболенко и Виктория Азаренко впервые сыграли друг с другом в одиночном разряде. Вика умеет хорошо готовиться к важным встречам, вот и в случае с Ариной она выиграла первый сет, вела во втором со счетом 2:0, но сил не хватило для победы.

— Думаю, Арина очень хотела сыграть этот матч и еще больше — выиграть. Получилось. Она ответила на консервативность Вики, которая многое повидала за свою карьеру и в решающие моменты демонстрировала бойцовские качества, ультраагрессивную игру. Что лишний раз подчеркивает: это был принципиальный матч для обеих. Боролись очень успешная, состоявшаяся теннисистка, чья карьера близится к закату, и игрок, который начинает свое восхождение…

— И которая затмила своими результатами в этот период Азаренко.

— Наверное, можно и так сказать. Интересная драматургия. Если в художественных произведениях идет противопоставление плохому хорошего, то здесь сошлись опыт и молодость. Здорово, что белорусам посчастливилось увидеть матч своих лучших игроков, ведь определить, кто сильнее — Роджер Федерер или Род Лейвер, например -невозможно, так как они из разных эпох.

Фото: Reuters
Арина Соболенко и Виктория Азренко после первой очной встречи в одиночном разряде. Фото: Reuters

Арина и Вика были готовы рвать и метать. Для них борьба друг с другом точно не была еще одним матчем в сезоне. Не знаю, что Вика сказала о нем, но, мне кажется, против Арины она сыграла лучше, чем во многих поединках сезона.

— Думаю, так же хорошо было только против Наоми Осаки на «Ролан Гаррос» и Серены Уильямс в Индиан-Уэллсе.

— Видел этот матч. В нем Вике тоже не хватило сил. Серена, как и Арина, в любой момент может включить «шестую передачу» и «бомбить». В своей лучшей форме Вика умела с этим справляться.

— Но к тому, что Вика будет хороша в начале матча, можно было подготовиться?

— Ровно настолько, насколько можно воспринять информацию о том, что в ринге Майк Тайсон будет бить вас очень сильно. Однако о силе вы сможете судить только после того, как перчатка Тайсона коснется вашего лица.

Как правило, первая реакция — шок. Необходимо оправиться. Вот и Арина пыталась понять, что делать на фоне прекрасной игры Вики в начале матча. Взять свое нахрапом не получалось. Не знаю, думала ли Арина победить за счет выносливости, но по факту это, а также ее способность включить «шестую передачу», обеспечило победу.

— Как Арина отпраздновала?

— Выход во второй круг «Шлема»? Не было времени. Обидно, что такой матч Арине и Вике пришлось провести на старте турнира, а не в четвертьфинале, допустим.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— После победы над Викой Арина уступила Юлии Путинцевой из Казахстана, имея в пассиве 51 невынужденную ошибку.

— Помню, как приводил ей эти цифры. Получается, что два из трех выигранных Путинцевой очков — ошибки Арины.

— А сама Путинцева выиграла только 27 очков.

— Трудно сказать, в чем причина поражения. Может, в опустошении после классного матча с Азаренко. И тем не менее Арине стоит признать, что она не имеет права выдавать такие матчи. Надеюсь, что из этой истории Арина извлечет урок: нельзя расслаблять «булки», ведь в любой момент может «прилететь», независимо от того, кто ты и сколько у тебя титулов.

Знаю, что так или иначе Арина обретет стабильность. А вот болельщикам, да, тяжело смотреть на 51 невынужденную ошибку с ощущением, что Арина может выиграть. С другой стороны, в этом и состоит кайф, небольшой мазохизм. Смотришь на такую игру Арины и сходишь с ума вместе с ней.

Не так много игроков в туре, которым сопереживает такое количество людей, как Арине. Другие играют хорошо, но не вызывают эмоций. Вряд ли вы следите за южноафриканцем Кевином Андерсоном с мыслью: «Кевин, как же так?! Мы же так за тебя болели». А вот Арину любят. За Марата Сафина тоже сильно болели, бились в истерике.

— Вы рассказывали, что после вылета Арины из розыгрыша Australian Open-2019 ее поддерживали Крис Эверт и Брэд Гилберт.

— А на US Open к нам подходили пообщаться Борис Беккер и Даррен Кэхилл, тренер Симоны Халеп. Арина нравится многим бывшим успешным игрокам. Тот же Гилберт, когда мы видимся, постоянно говорит про Арину. Кажется, что Арина вызывает симпатию на человеческом уровне даже больше, чем по игре. За нее держат кулачки и тоже недоумевают после промахов: «Ну зачем она так сильно била?!»

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— В сентябре 2018-го я спрашивал, что вам нравится в Арине. Ответ: «Она хороший человек. Что в ней может не нравиться? Да, иногда психует. Иногда может „рубануть“ сгоряча. Но доминируют в ней другие качества: жизнерадостность, добродушие». Что-то добавите?

— Она упрямая и работоспособная. Мало чем интересуется помимо тенниса. Горит им! А в остальном все так, как и говорил. Будь иначе, вряд ли бы нам удалось более чем за год не убить друг друга.

— Когда Арина станет первой ракеткой мира?

— Когда наберет достаточное количество очков! (Смеется.) Когда она станет более совершенным игроком и будет лучше понимать тактические моменты. Для многих прозвучит как отговорка, и тем не менее не стоит забывать, что Арина всего второй год проводит в компании лучших теннисисток мира.

Я призываю Арину успокоиться и не переживать за очки и титулы. Победы придут с хорошей игрой. Пока я тренирую Арину, мы придерживаемся этой точки зрения.

-10%
-10%
-51%
-20%
-58%
-10%